Книга Настоящий мужчина для разведёнки с ребёнком, страница 72 – Мия Грэй

Эмилия хотела ответить, но в этот момент из детской послышался шорох, и на пороге появился Ноа — сонный, растрёпанный, с пледом в руках. Он явно не спал, а подслушивал, и теперь смотрел на них с таким видом, словно ждал этого момента весь день.

— Мам, скажи «да»! — выпалил он. — Я уже согласен!

Эмилия рассмеялась сквозь слёзы.

— Ты согласен?

— Ага. Я давно решил, что мистер Грей будет моим папой. Он хороший. Он чистит картошку и строит качели. И он тебя любит. Я вижу.

Александр посмотрел на Ноа, и в его глазах было столько любви, что Эмилия почувствовала, как сердце переполняется.

— Ты не против, если я стану твоим папой? — спросил он.

— Не против. — Ноа подошёл и обнял его за шею. — Только ты должен пообещать, что никогда не уйдёшь.

— Обещаю.

Эмилия смотрела на них — на мужчину, который стоял на колене с кольцом в руке, и на мальчика, который обнимал его так крепко, словно боялся отпустить, — и понимала, что это и есть ответ. Не слова, не обещания, не красивые жесты. А это. Простое, настоящее, живое.

— Да, — сказала она. — Я выйду за тебя.

Александр поднялся, надел ей кольцо на палец — оно пришлось идеально, — и поцеловал её. Ноа стоял рядом, держась за их руки, и улыбался так широко, что, казалось, его лицо сейчас треснет.

— Теперь мы семья, — сказал он. — Настоящая.

— Настоящая, — подтвердил Александр, и в его голосе была та самая теплота, которую Эмилия так любила. — И мы никогда не расстанемся.

Они стояли втроём посреди гостиной, и за окном уже темнело, и где-то в саду пели птицы, и всё было так, как должно быть. Эмилия думала о том, сколько всего они прошли — боль, страх, предательство, потери, — и о том, что всё это было не зря. Потому что в конце пути она нашла то, что искала. Не спасителя. Не идеального мужчину. А партнёра. Друга. Отца для своего сына. Человека, который принимал её прошлое, уважал её настоящее и хотел стать частью её будущего.

Настоящего мужчину.

Прошёл год, и дом в пригороде, который когда-то казался Эмилии слишком большим и непривычным, стал для неё самым родным местом на свете. Летом сад утопал в зелени и цветах, которые она сажала вместе с Ноа, а по утрам на террасе пахло кофе и свежими оладьями, которые Александр научился печь почти так же хорошо, как она сама. Жизнь текла размеренно и спокойно, и Эмилия иногда ловила себя на мысли, что больше не ждёт удара судьбы. Она просто жила.

Свадьба была тихой. Они не устраивали пышных торжеств, не приглашали сотни гостей, не арендовали загородный клуб. Вместо этого они собрались в узком кругу — Марк с женой, Оливия, тётя Валя, несколько коллег и друзей — в маленьком ресторане на набережной, где когда-то Александр впервые сказал ей, что она красивая. Ноа был шафером, и когда священник спросил, есть ли у кого-то возражения, мальчик громко сказал: «Нет!» — и все засмеялись. Эмилия была в простом белом платье, без фаты и длинного шлейфа, и Александр смотрел на неё так, словно она была единственной женщиной на свете.

После свадьбы они уехали на две недели к морю — туда, где когда-то Александр был счастлив с Викторией, но теперь это место стало их собственным. Ноа впервые увидел море и был так потрясён, что первые два дня отказывался выходить из воды. Александр учил его плавать, Эмилия загорала на пляже, и по вечерам они ужинали в маленьких прибрежных ресторанчиках, где никто не знал их имён. Это было простое, ничем не омрачённое счастье, и Эмилия наслаждалась каждым его мгновением.