Книга Настоящий мужчина для разведёнки с ребёнком, страница 62 – Мия Грэй

Эмилия смотрела на него, и в её глазах стояли слёзы.

— Я не хочу тебя терять.

— Ты меня не потеряешь. — Он поднёс её руку к губам. — Я обещаю.

Весь день прошёл в напряжении, которое было почти осязаемым. Александр встречался с Марком и полицейскими, обсуждал детали операции, проверял каждый шаг. Эмилия пыталась работать, но мысли путались. Она смотрела на Ноа, который играл в детской, и чувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Что, если завтра всё пойдёт не так? Что, если Александр не вернётся?

Вечером, когда Ноа уснул, они сидели на кухне, и Эмилия пыталась убедить его отказаться от этой идеи.

— Есть другие способы. Полиция может арестовать его без твоей помощи. Они могут использовать документы, которые ты передал.

— Они уже используют. Но этого недостаточно. Грегори слишком осторожен. Он не оставляет прямых улик. Если мы не возьмём его с поличным, он выкрутится. — Александр помолчал. — Эмилия, я не хочу рисковать. Но я не вижу другого выхода.

— Я пойду с тобой.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты останешься здесь. С Ноа. Если что-то пойдёт не так, ты должна быть в безопасности.

— Я не могу сидеть здесь и ждать, пока тебя убьют.

— Ты должна. Ради Ноа. Ради меня. — Александр взял её за руки. — Эмилия, я не могу думать о том, что может случиться, если ты будешь рядом. Я буду отвлекаться. А мне нужно быть сосредоточенным.

Она смотрела на него, и в её глазах была борьба — та самая, которую он видел, когда она решала, доверять ли ему. Потом она кивнула.

— Хорошо. Но обещай мне, что вернёшься. Обещай, что не сделаешь ничего безрассудного.

— Обещаю. — Он притянул её к себе и обнял так крепко, что она почувствовала, как его сердце бьётся где-то у её виска.

На следующий день Александр провёл большую часть времени с полицейскими, обсуждая план операции. Марк был рядом, молчаливый и сосредоточенный. Эмилия осталась дома с Ноа, пытаясь вести себя как обычно, но каждая минута тянулась как час. Она смотрела на часы, и стрелки, казалось, двигались слишком медленно.

Вечером, когда она укладывала Ноа спать, мальчик вдруг спросил:

— Мам, а мистер Грей сегодня придёт?

— Придёт, солнышко. Но поздно. Ты уже будешь спать.

— А он не забудет?

— Не забудет. — Эмилия поцеловала его в лоб. — Он никогда не забывает о нас.

Ноа кивнул, словно это было вполне достаточным ответом, и закрыл глаза. Эмилия постояла несколько секунд, глядя на него, а потом вышла из детской и прошла в гостиную, где Александр уже собирался уходить. Он был в тёмной куртке, с тем самым выражением лица, которое она видела, когда он говорил с Ричардом — холодным, сосредоточенным, готовым к бою.

— Пора? — спросила она тихо.

— Пора. — Он подошёл к ней и взял её за руки. — Эмилия, что бы ни случилось, знай: я люблю тебя. И Ноа. Вы — самое важное, что было в моей жизни.

— Не говори так, будто прощаешься. — Она почувствовала, как к горлу подкатывает комок. — Ты вернёшься. Ты обещал.

— Обещал. — Он улыбнулся, но в этой улыбке была грусть. — И я сдержу обещание.

Он поцеловал её — долго, нежно, словно запоминая вкус её губ, — и вышел. Эмилия стояла в дверях, глядя ему вслед, и чувствовала, как внутри всё сжимается от страха. Она знала, что должна верить. Знала, что он сильный. Но что-то внутри неё — то самое, что помогло ей выжить после развода, — подсказывало, что ночь будет долгой.