Книга Настоящий мужчина для разведёнки с ребёнком, страница 32 – Мия Грэй

— Эмилия Харт, если не ошибаюсь? — произнесла она, останавливаясь рядом. — Я Маргарет Уинстон. Мы с Александром давние знакомые.

— Приятно познакомиться, — ответила Эмилия, стараясь говорить ровно.

— Взаимно. — Маргарет оглядела её с головы до ног, и в этом взгляде было что-то, от чего Эмилия почувствовала себя неуютно. — Я слышала, вы работаете над проектом на Набережной. Говорят, у вас талант.

— Спасибо. Стараюсь.

— Александр всегда умел находить талантливых людей. — Маргарет сделала глоток шампанского. — И талантливых женщин. У него был отличный вкус. Особенно в отношении Виктории.

Эмилия почувствовала, как внутри всё сжимается. Она знала это имя, знала историю, но слышать его из уст незнакомой женщины, которая явно хотела что-то доказать, было неприятно.

— Я слышала о ней, — сказала она осторожно.

— Не сомневаюсь. Александр не любит об этом говорить, но мы, его друзья, помним. Виктория была особенной. Не просто красивой — она была… — Маргарет помолчала, подбирая слово. — Она была светом. Понимаете? Когда она входила в комнату, всё становилось ярче. Александр был другим с ней. Живым. Смеющимся. А потом её не стало, и он словно окаменел.

Эмилия молчала, не зная, что сказать.

— Я не хочу вас расстраивать, — продолжила Маргарет, и в её голосе появилась фальшивая участливость. — Но я вижу, как он смотрит на вас. И я думаю, вы должны знать: он никогда не сможет забыть Викторию. Она была его первой любовью, его невестой, его будущим. А вы… — Она сделала паузу, и её улыбка стала почти сочувственной. — Вы просто женщина, которая оказалась в нужное время в нужном месте. Не обижайтесь. Я говорю это не со зла.

Эмилия почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она хотела ответить резко, хотела сказать, что не нуждается в непрошеных советах, что её отношения с Александром — не её дело. Но слова застряли в горле, потому что где-то глубоко внутри уже шевелился червячок сомнения. А что, если Маргарет права? Что, если она действительно просто замена? Что, если Александр видит в ней не её саму, а тень той, кого потерял?

— Спасибо за откровенность, — сказала она наконец, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Но я предпочитаю судить о наших отношениях по поступкам Александра, а не по чужим словам.

Маргарет подняла бровь, словно не ожидала такого ответа.

— Что ж, — произнесла она, — возможно, вы правы. Но будьте осторожны. Александр Грей — не тот мужчина, который умеет любить дважды.

Она кивнула и отошла, оставив Эмилию стоять с бокалом в руке и чувством, будто её только что ударили под дых. Она попыталась найти глазами Александра и увидела его в другом конце зала, разговаривающего с каким-то мужчиной. Он улыбался, но эта улыбка была вежливой, дежурной, и Эмилия вдруг подумала: а часто ли он улыбается по-настоящему? И кому он улыбался так, как ей — в ту ночь на кухне, когда чистил картошку и смеялся над шутками Ноа?

Она сделала глоток шампанского, пытаясь успокоиться. Слова Маргарет не должны были её задеть. Она знала, что Виктория была важна для Александра, что он до сих пор её оплакивает. Но одно дело — знать это в теории, и совсем другое — слышать от посторонней женщины, которая явно наслаждалась своей ролью вестницы неприятных истин.

Когда Александр наконец вернулся к ней, Эмилия уже взяла себя в руки. Она улыбнулась, спросила, как прошёл разговор, и он ответил что-то про инвестиции и сроки, но она слушала вполуха. Её мысли были заняты другим: как спросить его о Виктории так, чтобы не выглядеть ревнивой дурой? И стоит ли вообще спрашивать?