Книга Между ними. Отчим и его друг, страница 89 – Элис Екс

Я стояла на холодной земле, дрожащая, почти без чувств. Воздух казался плотным, как вода, — каждое дыхание давалось с трудом.

Марк...

Он действительно был здесь. Один. Без оружия. Среди чужих. В окружении людей, которые легко могут убить его за один приказ.

Я не понимала, как он оказался тут. Почему он пошёл на это. И что, чёрт возьми, будет с нами теперь.

Савин стоял напротив него, на несколько шагов ближе ко мне. Его лицо было искажено. Злость — настоящая, многолетняя, гнилая — вспыхивала в каждом его слове, в каждом движении.

— Ты, значит, решил сыграть в честь? — выдал он хрипло, медленно подходя к Марку. — Один. Без оружия. Без гарантий.

Марк стоял спокойно. Руки опущены. Лицо — холодное. Голос — ровный.

— Ты знаешь правила, Савин. Мы оба выросли в них. Никто не трогает женщину. Тем более — не виновную.

Савин зло усмехнулся, но в его глазах ярость только росла.

— Ты хочешь говорить мне о правилах?! — Его голос резко сорвался. — После того, что сделал её отец? После того, как он вырезал половину моих людей и оставил меня ни с чем?

Он резко развернулся в мою сторону, и я вздрогнула.

— Она — его кровь! И я не собираюсь смотреть, как она живёт спокойно, как будто ничего не было.

Марк шагнул вперёд, не спеша.

— Если ты её тронешь, Савин, — его голос стал тише, и от этого страшнее, — ты ничем не будешь отличаться от тех, кого сам ненавидишь. От трусов, которые мстят за счёт слабых.

— Не учи меня, Марк! — рявкнул Савин, подходя ближе, почти вплотную. Его люди напряглись. Один уже держал ладонь на автомате.

А я просто стояла. Сбоку. Оцепеневшая. Немая.

Я не могла закричать. Не могла двинуться. Не могла понять — закончится ли это переговорами... или выстрелом.

Всё вокруг будто сжалось. Сердце билось в горле. Я только знала одно: если сейчас раздастся выстрел — я не переживу. Ни Марк. Ни я. Ни ребёнок, если он есть.

Марк стоял прямо, дышал тяжело, но взгляд у него был уверенный — цепкий, спокойный. Он посмотрел на Савина и произнёс так, будто всё уже решено:

— Мы договорились. Ты отпускаешь Варю. Это был твой выбор. Я пришёл без оружия, без охраны, как ты хотел. Слово за слово. Ты соблюдаешь — и мы расходимся.

Савин молчал. Он будто выжидал. Потом медленно усмехнулся и качнул головой.

— Договорились? — переспросил он, словно пробуя слово на вкус. — А ты до сих пор веришь, что слова чего-то стоят в этом мире?

Марк чуть прищурился, напряжение прошлось по его плечам, но он не двинулся с места.

— Ты дал слово, Савин. Не мне — себе.

— А потом вспомнил, что я живу в мире, где слова не спасают, — бросил Савин. Его тон стал другим — жёстким, обжигающим. — В мире, где я похоронил брата, мать, десятки своих людей. Где твой грёбаный "кодекс" ничего не значил, когда твой тесть приказал расчистить улицы от моих.

Марк понял первым. Я увидела это в его лице. Мышца дёрнулась на челюсти. Плечи напряглись.

— Савин… — сказал он тихо, но в этом голосе была сталь. — Не глупи.

Савин сделал шаг назад, взмахнул рукой. Его люди моментально подняли оружие. На меня. На него. Сразу.

— Поздно, Марк, — произнёс он почти с сожалением. — Я решил, что не хочу больше жить по правилам. Я хочу видеть, как страдает его дочь. И как ты сдохнешь рядом с ней.

Моё дыхание сбилось. Мир задрожал. Я судорожно отступила на шаг, не в силах сдержать паники.