Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 94 – Полина Раевская

— Сучка. Как же там горячо у тебя… Такая тугая киска, как у целки. Хочешь только пальцами тебя, Зай? А? Хочешь?

— Хочу, — подставляясь под него, отвечаю бездумно, лихорадочно сдергивая с Тимура штаны с трусами. Член со шлепком оказывается у меня в руке. Горячий, обвитый крупными, вздутыми венами, с блестящей головкой и обрезанной крайней плотью.

Что ж… обрезанных мужиков у меня не было и таких больших тоже. Рот тут же наполняется слюной, а между ног начинает пульсировать сильнее. Я хочу его в себе просто безумно.

Быстро проведя языком по ладони, обнимаю ствол крепче и веду вниз — вверх, отчего член становится просто каменным, Тимур судорожно втягивает воздух и цедит какие-то ругательства сквозь зубы.

Не переставая, ласкаю его и завороженно, сквозь марево собственного удовольствия наблюдаю, как окончательно слетает вся отстраненность и закрытость. В эту секунду Тимур кажется таким настоящим, красивым в своем желании. Ловлю каждый вздох, каждую эмоцию и не могу налюбоваться.

Глаза в глаза, и мы будто синхронизируемся, лаская друг друга в такт, ловя обоюдное наслаждение, доводя до звезд, до исступленного скулежа, когда превращаешься в одно сплошное захлебывающееся нечто в шаге от экстаза.

— Пожалуйста, — совершенно обезумев, умоляю Мингарова, приглашающе раздвигая перед ним ноги еще шире и дрочу ему, изнывая от не менее сильного желания взять его член в рот.

Тимур смотрит на меня — всю распахнутую, зовущую, будто хочет сожрать и не отказывает себе в этом.

— Иди сюда, хочу, чтобы кончила мне на язык, — поворачивает он меня совершенно дезориентированную за здоровую лодыжку к краю дивана и, быстро уложив мои ноги себе на плечи, без пробных мазков, размашисто лижет меня, заставляя окончательно потерять контроль.

Боже- божечки, какой же кайф! Меня никогда особо не вставлял куннилингус, но сейчас просто разматывает по дивану от одного лишь вида ублажающего меня Мингарова.

Дрожу, выгибаюсь со сладострастным, сорванным стоном, чувствуя, как его язык ласкает мой клитор, как скользит между мокрыми вхлам складочками, как проникает вместе с пальцами и трахает, толкая за грань. Забившись вся, как в судороге, захлебываюсь в волнах наслаждения, сокращаясь вокруг все еще двигающегося во мне языка. В глазах темнеет и я едва успеваю понять, что происходит дальше.

А дальше слышу приглушенный стон и промежность орошает холодными каплями. Тимур, весь сотрясаясь, догоняется. Я смотрю, как напряженный кулак скользит по члену, стряхивая последние капли спермы, а потом растирает ее головкой по моим набухшим, влажным от естественной смазки и его слюны половым губам, и кончаю снова уже на ментальном уровне. Это так дико, грязно, пошло, но мне нравится.

— Охренеть, — выдыхает Тимур.

Согласно мычу, обессиленно растекаясь по дивану, не в состоянии даже принять более приличную позу и запахнуть халат. Тимур тоже не торопится натягивать штаны с трусами, сидит на полу, откинувшись головой на диван и, прикрыв глаза, восстанавливает дыхание.

— Ты как, Зай? — спрашивает спустя какое-то время, легонько касаясь моих губ своими. — Отнести тебя в душ?

Едва разлепляя один глаз, осознаю, что кажется провалилась в дремоту. Тимур усмехается, глядя на меня с какой-то непривычной теплотой и лаской, отчего внутри все сжимается в сладкую пружину и начинает звенеть. Каким-то неведомым чудом поднимаю непослушную руку и зарывшись кончиками пальцев во всклоченные, темные волосы, притягиваю Мингарова для поцелуя.