Книга Пыль в доме, страница 77 – Харитон Мамбурин

Винс классный. Усидчивый, терпеливый, с хорошо работающими мозгами, внимательный и въедливый. Если бы я оставался старым Марком, до удара молнией, то был бы ему точно не ровней, разве что мог бы похвастать двумя ногами вместо полутора.

Ничего, мы его еще заманим в сети зла.

На следующее утро, груженый как ишак «долгами города», я подошёл к месту своей работы и увидел, что «сети зла» кто-то слегка порвал. Ну а как иначе объяснить недовольную Маккриди, стоящую с клюкой на улице, в компании шерифа и Боулдера, так еще и с Пегги и мисс Прентис?

Как выяснилось в следующие несколько минут — нас обокрали. Некто (подозреваю, что крепко стукнутый ведром в мужском туалете) незаметно проник ночью в библиотеку, незаметно вынес несколько сотен килограммов старых газет, незаметно и крайне подло удалил запах от своего пребывания, если верить Боулдеру. В целом, чрезвычайно похожий на Марка Хаугена персонаж, потому что запах этого парня везде в здании, а тут еще в сочетании со старыми газетами, которые я забрал у должницы.

Верить собаке, к счастью, не стали, да тот не особо и настаивал, даже не подняв задницу с асфальта. К тому же, у меня не было ключей от самой библиотеки. И было алиби.

— Придется опросить тех, кто живет поблизости, — шерифа, казалось, ничего не могло удивить, — Если вы верно оцениваете объемы этой пропавшей старой бумаги…

— Уж поверь мне! — Маккриди сердито стучала кончиком трости, — Марк запыхался всё увязывать! Я сначала отмахивалась от его слов, но вот это — нечто, Том! Только полный псих бы сотворил такое!

— Согласна, — блеснула очками и всемогущая клерк, — Сами газеты мелочь, но псих, который их утащил — точно нет. Шериф, примите меры.

— Я на чердак часть архива буду перемещать… — я подло пользовался ситуацией, как и прошлым вечером с Винсом, — … мы не можем потерять оттуда ни листочка, мисс Прентис.

— Исключено. Пока что, — сурово отрезала женщина, строго глянув на меня, — В участке три камеры, они вечно пустуют. Думаю, шериф разрешит тебе занять бумагой две из них. Когда придёт время. А оно, кстати, скоро придёт?

Еще как. Нам надо было начинать заниматься архивом. Компьютеры и техника — это, конечно, хорошо, но переделать проводку и установить новые гигрографы для точного контроля влажности было необходимо как можно раньше. Теперь еще смена замков, проверка окон, превращение библиотеки в куда более надежную крепость для бумаг.

— Закрывайся, Маккриди, у тебя отпуск, — командует мисс Беверли Прентис, — Отдай ключи Марку. Мы позаботимся обо всем.

Ну вот, кажется, начинается настоящая работа. Я откровенно этому рад, а еще немного параноидально улыбаюсь насчет того, что никто всерьез не обвинил меня в краже этих чертовых газет. Кажется, тупость, но на фоне уже случившегося и того, что я единственный, поднимавший волну на эту тему — вполне могло быть, хотя бы на уровне подозревающих взглядов.

Вечером, придя в Логово, я оказываюсь в окружении трех голодных женщин подросткового возраста, решивших выпросить у меня те же гренки, которыми я имел глупость один раз накормить грустную Финолу.

Это было почти забавно. Моя подруга-соседка просить и выпрашивать не умеет, нет у неё такой функции. Она просто стоит и верит, что ты — лучший человек, чем есть на самом деле. Каким образом лучший — вполне понятно по её желанию, тут вся соль в силе веры и вере в силы. Твои, разумеется. Вопроса исполнения просьбы в её чистых, бесстыдных и зеленых глазах не стоит в принципе, только в качестве исполнения. Предать эти высокие идеалы жалким отказом? Ну это буквально рухнуть на дно колодца.