Книга Забвение, страница 68 – Анастасия Пименова

Джеймс сидит, сжав пальцы в замок, и молчит. Его лицо напряжено, взгляд направлен в пол.

Ник даже сидит прямо и выглядит так, словно не устал вовсе, но всё же я замечаю в нем напряжение.

Я чуть сдвигаюсь на диване, не решаясь нарушить тишину.

— Ну, Николас, расскажешь, чем заслужил такой парадный приём? — конечно, этот вопрос задает Аксель.

— Пойди и спроси у них сам. Заодно потом и расскажешь.

Аксель лишь продолжает лениво насвистывать неизвестную мелодию.

— Совет готов вас принять, — наконец-то раздается голос той женщины.

Я встаю, стараясь не морщиться из-за боли, к которой уже просто привыкаешь, и следую за остальными.

Первым заходит Ник, после Аксель, а Джеймс ждет пока я дойду и кивает, будто знает, что я волнуюсь, хоть саму причину и не знает. Пропускает вперед и заходит следом.

Здесь всё также внушительно, как и тогда, когда я была в первый раз.

Как только мы останавливаемся, то взгляд скользит по людям, что сидят на своих местах.

Мистер Левант, мистер Бенлок, мистер Уилром и мистер Пайк, тот, которого не было в первый раз. Но одно место по-прежнему пустует.

Нет отца Ника.

Никто из Совета даже не успевает что-то сказать, когда Ник спрашивает:

— Где мой отец?

В его тоне нет никакого уважения, там лишь напряжение и едва сдерживаемая злость.

— Николас, — голос Леванта тоже с нотками злости, — не тебе задавать вопросы. Ты здесь, чтобы отвечать.

Ник делает шаг вперёд, и я замечаю, как его кулак сжимается.

— Я повторяю, — произносит он медленнее, но от этого только опаснее. — Где мой отец?

Тишина. Никто не спешит говорить.

Сдерживаю себя, чтобы не подойти к Нику и не взять его за руку, лишь жду, а мистер Пайк бросает на Леванта короткий взгляд, когда последний скрещивает пальцы рук в замок.

— Феликс в медицинском отсеке, — как только Левант это сообщает, то атмосфера начинает трещать по швам. — Он пока недееспособен принимать решение. Вместо него сегодня будет…

— Что с ним?! — голос Ника тихий, но звучит по всему залу Совета.

В глазах мистера Леванта появляется нездоровый блеск, когда он встречается с глазами Ника.

— Неудачное стечение обстоятельств. Насколько мне известно, то он упал с лестницы.

Чувствую, как внутри всё обрывается, будто я стою на краю обрыва и только делаю шаг вниз. Ник сейчас готов взорваться. Его плечи напряжены, а дыхание сбилось.

Я всё-таки делаю шаг вперед, что не укрывается от Совета.

Упал с лестницы?

— Как только вы ответите на вопросы, то можете быть свободны. За состоянием Феликса следят. Мои самые лучшие и преданные люди обо всем докладывают, — продолжает Левант так, словно угрожает. Хотя почему «словно»? — Его состояние сейчас полностью стабильно. После сможешь зайти к нему.

В зале наступает напряжённая пауза.

Аксель не говорил, что мистер Максвелл попал в больницу, наоборот, он говорил, что мужчина с моим отцом волновались и…

В этот же момент появляется… мистер Хадсон, отец Джеймса, который входит не с той стороны, откуда пришли мы, а со стороны Совета.

— Отец? — голос Джеймса раздается позади меня, и мы снова на одном уровне.

Моё сердце делает болезненный рывок.

Он идёт уверенно, ровной поступью, будто всегда должен был оказаться здесь.

Мистер Хадсон занимает место мистера Максвелла.

Это неправильно. Слишком неправильно. Словно пазл, где часть деталей намеренно подменили. Мне тут же вспоминаются слова Ника, что у Леванта был на примете человек, которым он хочет заменить Феликса. Это… тот самый человек? Отец Джеймса?