Книга Забвение, страница 135 – Анастасия Пименова

Всё равно есть глупая надежда на то, что вот… он сейчас разберется со всеми остальными и криво улыбнется, после чего скажет что-то в своей манере: "Не ожидала, Брайс?". Однако этого не происходит. Меня выводят отсюда, и уже дальше я вижу Майки и Айрис, которые тоже в наручниках. У друга разбита губа, а девушка невредима.

Аксель берет меня под руку, и я сдерживаюсь, чтобы не врезать ему локтем в бок.

— Я поведу её, — говорит он неизвестному.

Я ощущаю под кожей его ладонь… тёплая, грубоватая, с мелкими шрамами на подушечках пальцев.

Майки и Айрис идут рядом.

— Ты всегда был говнюком, Андерс, — бросает Майки через плечо Акселю, и в слове слышится и усталость, и старая обида, и злость. — И остался им.

На секунду время словно замедляется. Я ловлю взгляд Акселя, в нём нет испуга и обиды. Там просто лишь легка насмешка. Над чем ему усмехаться? Над нашей ситуацией? Тогда я соглашусь с Майки.

Сжатие пальцев на моём запястье становится чуть твёрже.

Мы идём, и шаг за шагом я чувствую, как внутри меня нарастает что-то новое… холодное спокойствие.

Я полагала, что меня отведут прямиком в тюрьму, но ошиблась.

Вместо этого всех нас привели в неизвестное место, находящееся все в том же здании Совета, где я ни разу не была и даже не догадывалась о существовании чего-то подобного.

Высокие колонны уходят вверх, почти теряясь в тени потолка. Потолок такой огромный, что создаётся впечатление, будто мы в каком-то старом храме, а не в здании Совета. Но всё здесь новое, холодное, отлитое из металла и бетона. Искусственный свет падает сверху белыми полосами, но они не рассеивают мрак, а только режут пространство, выделяя его отдельными кусками.

По обеим сторонам тянутся лестницы, ведущие куда-то наверх, где дежурят люди в форме. Их немало, и все они смотрят вниз, на нас.

В центре зала возвышается прямоугольный, металлический помост, с панелями управления, светящимися тусклым синим светом. Сейчас там никого нет, но я уже догадываюсь, кто именно там должен быть.

Пол под нашими ногами сделан из плитки, поэтому эхо от шагов отражается от стен. По краям зала замечаю несколько дверей, ведущих в неизвестные места.

Уже на середине я замечаю знакомый силуэт, и моё сердце сжимается.

Ник.

Он стоит на коленях, руки скованы, а рядом двое наставляют на него оружие. Его голова поднята, плечи расправлены, и даже в этом положении он кажется несгибаемым.

Чувствую, как сжимаются пальцы Акселя на моём запястье, едва заметно, будто он понимает, что я вот-вот могу рвануть вперёд.

Меня заставляют остановиться неподалеку от Ника, и я тут же встречаюсь с глазами парня. Там только гнев.

Он замечает мои раны, когда я поджимаю губы тем самым, хочу сказать, что со мной все нормально. Я вижу его свежие порезы, которых ранее не было.

Майки и Айрис тормозят рядом со мной.

Мы ждем меньше минуты, которая кажется мне вечностью. Сначала сюда заходят оттуда, откуда пришли и мы.

Оборачиваясь, встречаюсь взглядом с мистером Хадсоном и стискиваю зубы. В его глазах ровно столько же радости, сколько и в моих.

Почти следом уже на помост выходят и остальные члены Совета, все, кроме Леванта. Они занимают свои места, только не садятся, как было в другом месте, а остаются стоять.

Затем сюда заводят… мистера Максвелла, и я замечаю грязь и пыль на всегда чистом костюме отца Ника. Рукава порваны, волосы выбились из аккуратной укладки, и всё же он держится прямо, подбородок высоко поднят, идет уверенной походкой, так, словно его руки не сковывают наручники.