Книга Падение, страница 135 – Анастасия Пименова

— Он мог сюда заехать и один, а позже уже подъехать в Сайфер. Если он был здесь, то мы не узнаем. Никаких следов не видно из-за снега. Ни от шин автомобиля, ни от подошвы ботинок.

Тяжесть нарастает, давит, ломает.

Я обхватываю себя руками, будто так удержу расползающуюся по частям реальность, но мысли всё равно рвутся наружу.

Мы проверяем обломки ещё минут десять или двадцать, не могу точно сказать. Снег становится гуще, воздух темнее.

— Нам нужно ещё успеть проверить то место, откуда и куда стреляла Джин, — это Джеймс сообщает, когда уже стремительно темнеет и он смахивает с плеч снег. — Если она говорила правду… пули должны были попасть в то место, где стоял Ник и в машину, куда все мы сели. Только в неё. Не в остальные семь.

Кивок выходит автоматическим.

Надежда, что всё как-то объяснится… что есть ошибка… тает, превращаясь в нечто вязкое и давящее. Да, ее почти не остается.

Джеймс собирается отходить, но я поднимаю руку.

— Подожди… пару минут… пожалуйста.

Он смотрит внимательно, но молча кивает и отходит к машине, оставляя меня среди тихо падающего снега и того, что осталось от моего папы.

Губы подрагивают, когда я протягиваю руку, но так и не решаюсь коснуться. Только в нос ударяет запах гари, такой отчетливый и ясный, словно все произошло пару часов назад.

— Пап…

Что я собираюсь сказать? Извиниться? За то, что не увидела?

Я не знаю.

Слёзы катятся сами, тёплые по ледяным щекам. Я смахиваю их торопливо, почти злюсь на себя за слабость.

Я любила тебя. Даже когда ругалась с тобой. Даже когда казалось, что ты меня не понимаешь. Всегда. Мы столько вместе пережили, ты был самым… самым лучшим папой на свете.

Если в этом и правда виновен Ник, то я…

Снег оседает на руках, на ресницах. Холодный, покалывающий, как напоминание, что надо идти.

Я ничего из своих мыслей не произношу вслух. Всё в голове.

Из-за слез я уже ни черта не вижу, поэтому просто подношу холодные руки к глазам и стою так.

— Я обещаю… — выдыхаю в пустоту.

Отступаю на шаг… и отворачиваюсь, пока новая волна не накрыла.

Быстрыми шагами иду к машине.

Не оглядываясь.

— Поехали, — сухо говорю, садясь рядом с Джеймсом.

Через какие-то считанные минуты мы останавливаемся рядом с заправкой и уже подходим к месту, где была наша машина.

— Ты была там, — Джеймс рукой указывает, где я стояла, когда всё началось, — я неподалеку, а Ник…

— Вот здесь, — подхожу к месту рядом со старой бензоколонкой, так как точно помню, что он был здесь.

Джеймс останавливается рядом и пальцами касается следов от пуль. Одна в металле, другая в куске бетона, третья… куда-то срикошетила.

— Джин почти попала. Ник был здесь, а след от пули вот тут… Видишь?

— Да, — отвечаю и оборачиваюсь, точно находя здание, где она была. — Оттуда. Похоже, что она стреляла из того места.

— Пойдем поднимемся туда. Посмотрим обзор, сейчас, как раз начинается метель, как и тогда. Легче понять условия и точку обзора.

Идем прямо туда.

Все слова Джин подтверждаются. Каждая деталь, каждое направление пули, каждый след.

И если мы поднимемся туда, что? Что это изменит?

Да ничего.

Абсолютно. Чёртово. Ничего.

Тогда для чего мы всё-таки идем?

Часть меня всё ещё пытается вцепиться в хоть какую-то надежду.

Здание встречает нас темнотой. Даже со стороны оно кажется мёртвым и пустым. Внутри плохо видно, поэтому мы включаем фонарики и несколько секунд стоим в полной тишине, которую нарушает только завывание ветра. Безумных неслышно, но, возможно, кто-то из них может быть здесь.