Книга Падение, страница 103 – Анастасия Пименова

Каждый раз, когда закрываю глаза, пусть даже на долю секунды, передо мной вновь момент взрыва.

Иногда я слышу, как где-то позади ходит Ник тихо, почти неслышно. Но я не поворачиваюсь. Не могу. Кажется, если сдвинусь хоть на дюйм, то снова почувствую, как меня расплавляет изнутри та же волна, что забрала папу.

И ещё…

Я всё время думаю о Джеймсе.

Не потому, что он мог бы помочь. И не потому, что… что-то бы сделал иначе. А потому, что это должно было быть его место. Если бы не череда случайностей, тогда Кэл бы не занял место Джеймса.

И от этой мысли становится ещё хуже.

Словно я одновременно потеряла одного и едва не потеряла другого.

Снег всё идёт и идёт.

Я смотрю на него, потому что в нём нет ни огня, ни крика, ни запаха гари.

Так проходит ещё одна секунда. И ещё одна. И по новой.

* * *

Я открываю глаза и смотрю на белый потолок. Слишком белый. Идеальный.

Только теперь мне не хочется покрасить его в темно-зеленый. Не потому, что это даже не моя комната и вообще чужое место, а потому, что я хочу теперь видеть белый цвет. Тот, который нравился отцу.

Не помню, как уснула и как вообще оказалась на кровати. Впрочем, это и неважно.

Слышу голоса на фоне и едва поворачиваю голову в сторону двери.

Ник и Джеймс.

— … ты не можешь её держать взаперти, — доносится обрывок фразы последнего.

— Я и не держу, ей… время.

— Тогда пропусти…

— …нет.

Задерживаю дыхание, прислушиваясь. Их голоса приглушены стенами, но напряжение в них такое густое, что я почти ощущаю его на кончике языка.

— … Ник, — голос Джеймса резкий, но срывающийся, как будто он уже не в первый раз пытается пробиться, — ты не можешь решать за неё. Шоу не пленница.

— Она не в… говорить, — отвечает Ник. Спокойно. Слишком спокойно. — И ты это знаешь, Джеймс.

— Это не твое решение, — кажется, Джеймс делает шаг, потому что слышу глухой звук подошв, — я хочу её видеть. Просто увидеть.

— … нет.

— … — вроде бы я слышу, как Джеймс ругается. — Она потеряла отца.

— Я знаю, кого она потеряла, — перебивает Ник, резко, но тихо. — Я был там… И я вижу, что с ней сейчас. Ей не нужны твои вопросы, твоя жалость и твои эмоции. Ей нужно… — он замолкает, как будто спотыкается о собственную мысль. — Нужна тишина.

— … просто держишь её тут, как хрупкую вещь, которую боишься уронить. Но она живая, Ник. Ей нужен кто-то, кто…

— Кто?

Я не слышу ответ Джеймса, наверное, он говорит это слишком тихо.

— … попробуй, — как только Ник произносит это, то несколько секунд по ту сторону лишь тишина и ничего кроме неё. А после тяжелые шаги.

Дверь чуть вибрирует, как будто Джеймс прошёл мимо слишком резко. Это точно он.

Ник же тоже остается по ту сторону, так и не заходя сюда. Но мне всё равно.

Могу ли я встать? Не знаю. Могу ли я говорить? Не хочу. Могу ли я жить без отца? Вернее…Смогу ли?

* * *

Мы проводим в Сайфере ещё два дня и только на третий уезжаем.

Я уже начала есть и пить, но только потому, что тогда не смогу даже просто думать. А это только мне и остается.

Уже скоро мы приедем обратно в Авалон, только уже не в таком составе, как уезжали оттуда.

Я продолжаю смотреть в окно, практически ничего так и не видя из-за темноты вокруг.

Мы не проезжали тот самый город, в котором умер папа. Боюсь, что если бы это всё-таки случилось, то меня бы вновь пришлось заволакивать обратно в машину.