Книга Призрак, страница 119 – Анастасия Пименова

Путь до машины занимает минуты, и когда я добираюсь, то смотрю на собственное отражение через стекло.

Я будто не просто в грязи искупалась, нет, скорее в пыли. Глаз почти не видно, брови с волосами стали серо-песочного цвета.

Лицо тоже скрыто под слоем пыли так плотно, что кожа кажется чужой, потрескавшейся, словно старая штукатурка. По виску тянется тёмная дорожка, кровь, смешавшаяся с серым налётом.

Футболка выглядит так, будто я не бежала, а ползла по развалинам часами. Ткань в пятнах, рукава в мелких порезах, на плече тёмное, расплывшееся пятно от ранения.

Плевать.

Открываю дверь машины и почти падаю на сиденье, позволяя телу хотя бы на мгновение перестать держаться на одном упрямстве. Сумку бросаю рядом, на пассажирское сиденье, туда же кладу молоток и противогаз, который всё-таки решаю снять. Да, я по-прежнему не знаю, как действует этот газ, рискую, но… вроде бы здесь всё чисто. Ничего нового я не ощущаю, запах или состояние организма всё такое же дерьмовое.

Спина ноет, плечо пульсирует, каждое дыхание напоминает о том, сколько сегодня было ошибок и сколько ещё впереди.

Я упираюсь лбом в руль, закрываю глаза всего на мгновение, не больше, нельзя дольше, и медленно выдыхаю.

— Чёртов город, — произношу сквозь зубы, тихо, но с такой злостью, надеясь, что эти слова способны оставить на нём ещё одну трещину.

Пальцы сжимаются на руле.

Я ещё не закончила.

Я отъезжаю не так далеко, так и остаюсь на окраине, но уже ближе к выезду и останавливаюсь рядом с зданием, блокируя двери.

Мне нужно что-то сделать со своим плечом, а оставаться на том же месте было бы опасно. Не только из-за безумных, но и из-за людей. Да, у меня получилось сделать то, что я и добивалась. Даже больше, чем планировала.

Не выходя из салона, тянусь назад и достаю из рюкзака маникюрный набор, там должен быть пинцет. Ещё беру аптечку, бросая её к себе на колени.

Футболку снимаю медленно, осторожно, потому что ткань прилипла к коже. Когда она отрывается, я всё-таки не сдерживаюсь и тихо шиплю сквозь зубы.

Края от пулевого ранения рваные, припухшие, кожа вокруг уже наливается тёмным, почти фиолетовым цветом. Кровь подсохла, но стоит чуть пошевелиться, и она снова начинает сочиться. И самое худшее, я это чувствую. Не вижу, но чувствую. Чужеродное, тяжёлое присутствие внутри, как камешек под кожей, который невозможно игнорировать. Пуля. Застряла. Ни туда, ни сюда.

— Отлично… — бормочу я, сама себе, без эмоций.

Руки дрожат, но не так сильно, как могли бы. Это не храбрость, это усталость. Я обрабатываю кожу вокруг, щедро, почти не экономя средство из аптечки.

Жжёт так, что перед глазами на секунду темнеет, но я заставляю себя дышать ровно. Вдох. Выдох. И новый вдох… Ай!

Так… теперь ещё менее неприятное. Я никогда раньше такое не делала, но не думаю, что это так сложно — найти, зацепить и вытащить пулю. Да, легче легкого.

Пинцет скользит в ране, и я резко втягиваю воздух, потому что боль становится острой, пронзающей, будто меня ударили током.

Вот…!!!

Всё тело напрягается, спина выгибается сама собой, пальцы сжимаются так, что ногти впиваются в ладонь. Я останавливаюсь. Считаю до трёх. Потом ещё раз.

Если сейчас не вытащу, то потом будет только хуже. Гораздо хуже.

Я снова лезу глубже, заставляя себя не думать о том, что делаю, нащупываю металл вслепую, пальцами, пинцетом, ориентируясь лишь на сопротивление тканей и вспышки боли, которые накрывают волнами.