Книга Теодор Бун расследует: Обвиняемые, страница 11 – Джон Гришэм

Когда впереди показалась адвокатская контора «Бун энд Бун», Тео вдруг пришла в голову мысль, напугавшая его: что, если обчищенный шкаф и проколотое колесо — дело рук одного человека?

«Бун энд Бун», маленькая юридическая контора, располагалась на улице юристов, бухгалтеров и архитекторов. Когда-то, еще до рождения Тео, в этой части Парк-стрит были только жилые дома.

Он внес велосипед на крыльцо и прислонил к стене, его обычному парковочному месту. Осмотревшись, он убедился, что за ним и за его велосипедом никто не следит. В приемной Тео ожидало препятствие в образе Эльзы Миллер, главной секретарши, а временами и главы конторы. Эльза, очень подвижная (даже несколько нервная) пожилая дама, годилась Тео в бабушки, так она с ним и держалась.

Как всегда, она вскочила со стула и бросилась к мальчику. Начались неистово крепкие объятия, болезненное дерганье за ухо, взъерошивание волос, но, к счастью, обошлось без поцелуя. Эльза понимала, что тринадцатилетние мальчики поцелуев не любят. Во время нападения, а Тео это иначе не воспринимал, Эльза без остановки тараторила: — Тео! Как день прошел? Ты голодный? Разве эта рубашка подходит к брюкам? Ты сделал уроки? Ты уже слышал, что Пит Даффи спрыгнул с моста?

— Спрыгнул с моста? — удивился Тео, отступая на шаг и высвобождаясь из цепких рук Эльзы Миллер.

— Ну это только предположение, но, Боже милостивый, город так и гудит от разговоров!

— Я был в суде утром, когда он не явился, — гордо сказал Тео.

— Ты был в суде?!

— Был.

Эльза отступила так же быстро, как набросилась, дав Судье возможность подойти и поздороваться. Судья проводил свои дни, слоняясь по офису, всех обнюхивая, валяясь где попало и всегда занимаясь поисками чего-нибудь съестного. Обычно он ждал Тео либо в его кресле в крошечном кабинетике-каморке, либо на маленькой подушке у ног Эльзы, якобы охраняя контору, но де-факто не делая ничего подобного.

— На кухне есть шоколадное печенье с пеканом, — сказала Эльза.

— А кто пек? — спросил Тео. Вопрос был с подвохом. У Эльзы ореховое печенье получалось съедобным, если с голоду умираешь, но лепешки, которые иногда приносила Дороти, секретарша отдела сделок с недвижимостью, не выдерживали никакой критики — на вид как цементный раствор, а на вкус как грязь. Их даже Судья не обнюхивал.

— Я, Тео, и получилось очень вкусно!

— У вас всегда печенье замечательное, — галантно солгал Тео, идя по коридору.

— Твоя мама в суде, а папа — в городе, заканчивает сделку, — сказала Эльза вслед мальчику. Частью ее обязанностей было знать, кто где находится, особенно миссис и мистер Бун. Это было несложно — секретарша сама составляла им расписание, но еще она в любой момент могла точно ответить, где находится Дороти или Вине, помощник миссис Бун, а также Судья и Тео. Эльза помнила о назначенных встречах, деловых ленчах и кофе, записи к врачам, внесении денег на счет, выплатах кредитов, днях рождения, отпусках и каникулах, юбилеях и даже похоронах. Как-то раз она вручила Дороти открытку с выражениями сочувствия по поводу похорон ее отца — три года спустя после печального события.

Согласно генеральному плану, Тео должен был (1) приезжать в офис ежедневно после школы, где он (2) отмечался у Эльзы и терпел объятия, (3) заходил в кабинет матери поздороваться, (4) шел наверх с Судьей в арьергарде и отчитывался перед отцом, как день прошел, затем, (5) перебросившись словом с Дороти и (6) с Винсом, Тео (7) шел в свой маленький кабинет в дальнем углу конторы и быстро делал уроки, с которыми полагалось успеть до ужина. Конечно, если у Тео возникали дела вроде зарабатывания очередной нашивки, или он шел смотреть, как одноклассники играют в футбол или баскетбол, его освобождали от офисного ритуала. Тео был мальчишка, единственный ребенок в семье, и родители, как бы строги они ни были, понимали важность воспитания всесторонне развитой личности.