Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 243 – Уильям Уилки Коллинз

Этим утром мистер Блейк чувствует себя так же, как и раньше. Мы решили, что сегодня не станем мешать Беттереджу и в особняк мисс Вериндер не поедем. Успеем совершить осмотр дома завтра.

20 июня. Этой ночью мистер Блейк никак не мог забыться сном: нервы у него расшатаны до предела. Чем скорее комнаты будут приведены в прежний вид, тем лучше.

Сегодня утром по дороге в поместье Вериндеров он с тревогой и некоторой нерешительностью посоветовался со мной относительно письма (пересланного ему из Лондона) от сержанта Каффа.

Пишет сержант из Ирландии. Он сообщает, что получил от своей экономки визитную карточку и записку, которые мистер Блейк оставил ему в его доме близ Доркинга. В письме сержанта говорится также, что в Англию он собирается вернуться, скорее всего, через неделю, а то и раньше. Сержант просит, чтобы мистер Блейк объяснил ему, по какой причине он хочет поговорить с ним о Лунном камне. Если мистер Блейк убедит его, что, расследуя тайну исчезновения брильянта, сыщик совершил серьезную ошибку, он сочтет своим долгом (с учетом щедрого вознаграждения, полученного от покойной леди Вериндер) предоставить себя в полное распоряжение этого джентльмена. Если же убедить его не удастся, он просит разрешения остаться в своем сельском уединении и мирно заниматься самым лучшим делом на свете – цветоводством.

Прочитав это письмо, я без малейшего колебания посоветовал мистеру Блейку сообщить сержанту Каффу все, что произошло в прошлом году после прекращения расследования, и предоставить ему самому сделать выводы на основании этих событий.

Мне также пришла в голову мысль пригласить сержанта присутствовать на нашем опыте в том случае, если к этому времени он успеет вернуться в Англию. В любом случае, рассудил я, он был бы очень ценным свидетелем, и, если я ошибаюсь, полагая, что брильянт спрятан в комнате мистера Блейка, совет сыщика очень пригодится в дальнейшем, когда поисками Лунного камня будут заниматься без меня. Это соображение, по-видимому, убедило мистера Блейка, и он обещал последовать моему совету.

Выехав на аллею, ведущую к дому, мы услышали стук молотка: работа шла полным ходом.

В передней нас встретил Беттередж, одет он был по-деловому: красный рыбацкий колпак и зеленый бязевый передник. Увидев меня, он тут же извлек из кармана записную книжку и карандаш и принялся – с упорством, достойным лучшего применения, – записывать все, что я ему говорю. Мы осмотрелись. Как мистер Блейк и предполагал, работа успешно продвигалась, все делалось споро и с умом. Но в холле первого этажа, а также в комнате мисс Вериндер дел было еще очень много. До конца недели, решил я, рабочие управятся вряд ли.

Поздравив Беттереджа с достигнутыми успехами (стоило мне раскрыть рот, как он тотчас же начинал что-то добросовестно помечать в записной книжке, пропуская мимо ушей все, что говорил ему мистер Блейк) и пообещав, что приедем опять через пару дней, мы уже собирались выйти из дома черным ходом, но тут Беттередж, стоявший в дверях своей комнаты, меня остановил.

— Могу я сказать вам пару слов наедине? – спросил он таинственным шепотом.

Я, разумеется, согласился. Мистер Блейк вышел из дома, сказав, что будет ждать меня в саду, я же вслед за Беттереджем вошел в его комнату. Я решил, что он вновь будет просить меня пойти на уступки, как уже было с чучелом и крылом Купидона, однако, к моему величайшему удивлению, дворецкий, доверительно положив свою руку на мою, задал мне весьма странный вопрос: