Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 177 – Уильям Уилки Коллинз

И он подал мне раскрытую записную книжку. Первое, на что я обратил внимание, был переписанный мистером Мертуэйтом адрес – без абзацев и без знаков препинания: «Трем индусам проживающим у женщины по имени Маканн во Фризингхолле в Йоркшире». Далее следовал текст на хинди, а после него, в самом конце, английский перевод, состоящий всего из нескольких таинственных фраз:

Именем Правителя Ночи, что восседает на Антилопе и чьи руки обнимают четыре стороны земли.

Братья, обратите взор свой на юг и придите ко мне на улицу многозвучную, что спускается к грязной реке.

Придите, ибо я видел его собственными глазами.

На этом письмо кончалось; не было ни числа, ни подписи. Я вернул записную книжку мистеру Мертуэйту, признавшись, что сей любопытный образчик индусского эпистолярного жанра поставил меня в тупик.

— Берусь объяснить вам первую фразу этого письма, – сказал он, – а поведение индусов объяснит остальное. В индуистской мифологии бог луны изображается четвероруким божеством, сидящим на антилопе. Одно из имен этого божества – Правитель Ночи. Нет ли в этом описании косвенного намека на Лунный камень? А теперь посмотрим, что сделали индусы после того, как начальник тюрьмы разрешил им это письмо прочесть. В тот же день, когда их выпустили, они пошли на станцию и сели в первый же поезд, отходивший в Лондон. Находясь во Фризингхолле, мы все очень жалели, что не установили за ними тайного наблюдения. Но ведь леди Вериндер рассчитала сыщика и прекратила поиски пропавшего брильянта, после чего взять на себя расследование этого дела было некому. Индусам поэтому никто не мешал поехать в Лондон, куда они незамедлительно и отправились. Скажите, мистер Брафф, когда они дали о себе знать в следующий раз?

— Когда слонялись возле дома мистера Лукера в Ламбете, чем очень его напугали, – ответил я.

— Вы прочли в газете, что мистер Лукер обратился к судье?

— Да.

— В своем обращении к судье он, если помните, назвал некоего служившего у него иностранца, которому он отказал от места, заподозрив в покушении на воровство, а также в том, что тот действовал заодно с индусами, бродившими вокруг его дома. Не составит большого труда догадаться, мистер Брафф, кто автор письма, которое поставило вас в тупик, и какую восточную драгоценность попытался украсть у мистера Лукера работавший у него иностранец.

Этот вывод (спешу уведомить читателя) напрашивался сам собой. Я и раньше ни минуты не сомневался, что Лунный камень как раз тогда и попал в руки мистера Лукера. Непонятно было только одно – как об этом проведали индусы? Теперь же и этот вопрос (самый, на мой взгляд, сложный из всех), как, впрочем, и все остальные, не остался без ответа. Я, недоверчивый, как и всякий юрист, начал, однако, понимать, что могу всецело довериться мистеру Мертуэйту, который проведет меня с завязанными глазами до самого конца этого запутанного лабиринта. О чем я ему прямо и сказал, и он от души поблагодарил меня за комплимент.

— Помогите и вы мне, – сказал мистер Мертуэйт. – Кто-то же отвез Лунный камень из Йоркшира в Лондон. Кто-то же отдал его в заклад – иначе бы он не попал к мистеру Лукеру, верно? Известно ли вам, кто это сделал?

— Мне – нет.

— Прошел слух, что это мистер Годфри Эйблуайт. Я слышал, что он известный филантроп, что, согласитесь, наводит на некоторые размышления.