Книга Лунный камень, Когда опускается ночь, страница 100 – Уильям Уилки Коллинз

— Конечно, одумается, – ответил мистер Франклин. – Одумается, когда узнает, что я уехал и больше она меня не увидит.

Я думал, он обиделся на мою юную госпожу – поэтому так говорит. Но я ошибался. Миледи заметила, что с того дня, как в нашем доме появилась полиция, одного упоминания о мистере Франклине было достаточно, чтобы вывести мисс Рейчел из себя. Он был слишком привязан к своей кузине, чтобы признаться в этом самому себе, и в полной мере это осознал, лишь когда мисс Рейчел уехала к тетке. Мистер Франклин испытал горькое разочарование и принял то единственное решение, какое мог принять человек сильный духом, а именно – покинуть дом леди Вериндер.

С сержантом он говорил в моем присутствии. Сказал, что ее светлость готова признать, что говорила с Каффом излишне резко. И спросил, согласится ли сыщик принять обещанное ему вознаграждение и остановить расследование, оставив все как есть.

— Нет, сэр, – ответил сержант. – Вознаграждение мне выплачивается за выполнение моих обязанностей. Пока мои обязанности не будут выполнены, я от вознаграждения отказываюсь.

— Я вас не понимаю, – сказал мистер Франклин.

— Я вам объясню, сэр, – ответил сержант. – По приезде сюда я вознамерился пролить свет на историю с исчезновением Лунного камня. В настоящее время я готов свое обещание исполнить. Когда я изложу леди Вериндер, как обстоит дело, и когда разъясню ей, какие действия следует предпринять, чтобы отыскать Лунный камень, бремя ответственности свалится с моих плеч. Пусть же ее светлость сама решит, позволит она мне продолжать расследование или нет. В случае положительного ответа я завершу то, за что взялся, и тогда соглашусь принять вознаграждение.

Этими словами сержант Кафф напомнил нам, что даже в сыскной полиции человек не всегда готов жертвовать своим достоинством.

Возразить сержанту было нечем. Когда я встал, чтобы проводить его в комнату миледи, он спросил, не хочет ли мистер Франклин принять участие в разговоре.

— Нет, если только сама леди Вериндер не изъявит такого желания, – сказал мистер Франклин и добавил, обращаясь ко мне и переходя на шепот: – Я знаю, чтó этот человек скажет про Рейчел, а я слишком к ней привязан и могу не сдержаться. Лучше мне побыть одному.

Когда я вышел из своей комнаты, он понуро стоял у окна, облокотившись на подоконник и закрыв руками лицо. В комнату заглянула Пенелопа, ей очень хотелось его утешить. На месте мистера Франклина я бы ее подозвал. Когда с вами дурно обошлась одна женщина, имеет смысл, чтобы утешиться, поделиться своим горем с другой: в девяти случаях из десяти другая женщина встанет на вашу сторону. Впрочем, очень может быть, когда я повернулся к нему спиной, он ее и позвал. Если это так, то моя дочь, надо отдать ей справедливость, не остановилась бы ни перед чем, лишь бы успокоить мистера Франклина Блейка.

Тем временем сержант Кафф и я направились в комнату миледи.

Во время нашего последнего разговора моей госпоже не очень-то хотелось поднимать глаза от книги, лежавшей перед ней на столе. На этот раз она проявила к беседе большую заинтересованность. Сегодня она не прятала глаза и смотрела на сержанта так же невозмутимо, как и он на нее. Неукротимый дух Вериндеров без труда читался по ее глазам, по тому, как она держится, и я знал, что в лице моей госпожи сержант Кафф встретил достойного соперника и что ей достанет душевных сил выслушать все, даже самое худшее.