Книга Госпожа Сим – киллер, страница 128 – Джиён Кан

Я слушал свой любимый хеви-метал, неторопливо проделывал дыроколом отверстия в документах и сшивал их. Я воображал, как, получив зарплату, отведу маму и сестренку в мясной ресторан рядом с домом. Когда На Ханчхоль вернулся в офис после пяти вечера, под мышкой он держал барсетку. Он попросил меня сделать кофе, а сам убрал барсетку в сейф, затем взглянул на настенные часы и постучал пальцами по прибранному столу. Казалось, директор чего-то ждал. Выглядел он встревоженным. Ровно в шесть часов он вскочил, не в силах усидеть на месте, и направился к двери. Только он потянулся к ручке, как дверь распахнулась. Вернулся Пак Хёнсок.

— Ты припозднился. – На Ханчхоль неловко почесал затылок.

— Пришлось задержаться, загружал кое-что в багажник.

Я с нетерпением ждал, когда На Ханчхоль расплатится с нами и отпустит по домам. Тот лишь кивнул в ответ на слова Пак Хёнсока и открыл сейф. Я налил кофе и Пак Хёнсоку, поставил кружку на столик перед ним, а сам сел рядом на диван. На Ханчхоль подошел к нам, открыл барсетку и протянул Пак Хёнсоку небольшой брусок, переливающийся золотом в свете ламп.

— Ничего, что здесь новенький?

Пак Хёнсок не торопился забирать предложенный предмет, переводя взгляд с меня на директора и обратно. В руке На Ханчхоля лежали два слитка золота.

— Что ж, теперь он тоже член семьи.

Пак Хёнсок взглянул на меня, забрал слитки и положил в кожаную сумку, которую всегда носил с собой. Я удивился, что ему платят по два золотых слитка в месяц, хотя он, как я думал, просто выслеживал людей и собирал информацию о них. С отвисшей челюстью я таращился на его сумку.

— И доля Чинсопа. – На Ханчхоль достал из барсетки пачку купюр и, не пересчитывая, протянул мне. Навскидку там было около миллиона вон. Я низко поклонился и принял деньги. – Надеюсь, ты понимаешь, что наша зарплата зависит от результатов работы. Тем не менее здесь больше того, о чем мы договаривались.

Мне до безумия хотелось выяснить, чем же таким занимается Пак Хёнсок. Если надо собирать компромат или искать людей, я справлюсь не хуже. Конечно, на золотые слитки я не рассчитывал. Но если бы положенной зарплаты хватало на одежду и еду, я бы расшибся в лепешку.

— А я могу этому научиться… тому, что вы делаете?

На Ханчхоль, который стоя пил кофе, замер и громко сглотнул. А через мгновение сделал мне предложение, от которого было сложно отказаться.

— Нет ничего невозможного. Шансы у всех равны. Если постараешься, то заработаешь большие деньги. Сможешь дать маме отдохнуть, переехать в большой дом и прожить безбедно до самой старости. Выбирай: либо тихая жизнь в бедности, либо жизнь роскошная, но полная жестокости. Выбери что-то одно – то, о чем ты не пожалеешь через двадцать лет.

Выходит, На Ханчхоль любезно предлагал мне самому решить свою судьбу. К тому моменту, как я понял, что золотые слитки – это залог за мою жизнь, дороги назад уже не было. После того как я узнал их тайну, я уже не мог уйти из агентства. В одно мгновение я поставил на кон свою жизнь в игре с двумя опытными киллерами.

Чем больше я узнавал о работе наемных убийц, тем сильнее сожалел о своем выборе. Но мои сомнения немного рассеивались, когда я думал о маме, которая пахала не разгибая спины с утра до ночи. Если верить На Ханчхолю и Пак Хёнсоку, то большинство потенциальных жертв заслуживают смерти. Они говорили, что наша цель – бороться с трусами, которые совершили преступление, но спрятались в слепой зоне правосудия. Если никто не вмешается, эти злодеи будут жить припеваючи, посмеиваясь над содеянным до конца своих дней. Сегодня ночью я стану настоящим киллером.