Книга Дарующая нити, страница 80 – Тата Верная

Когда Иван всё-таки поймал и поцеловал меня в шею, кофе я уже успела поставить на столик.

— От меня не убежишь! — услышала я шутливо-грозные слова Ивана и рассмеялась.

— Я и не собиралась, — а когда Иван поцелуями добрался до моих губ сказала: — только если напугаешь.

В ответ получила рычание и страстный поцелуй. Хотелось продолжения. Вот что со мной такое⁈

— Альфа Ирван, нужно пройти к креслам. Мы скоро начнём снижение.

— Почему ты не разбудила меня раньше? — услышала я ворчание Ивана, натягивающего на себя джинсы и футболку. Он был взъерошен и, естественно, не брит.

— И что бы это изменило? Ты встал бы недовольный и невыспавшийся…

— Я и так недовольный, — Иван продолжал ворчать, прижимая меня к себе за талию, — а так был бы не выспавшийся, но довольный. И девочка моя тоже была бы довольна.

Он зарылся губами в мои волосы и прошептал:

— Как только мы приедем, я запру тебя на неделю. Нет! На две — в бунгало и не выпущу оттуда, пока не останусь довольным я, и не сделаю довольной тебя!

Я хихикнула, представив, какие мы будем через две недели постельного марафона. Иван в ответ прорычал что-то нечленораздельное и повёл меня к креслам.

Кто же знал, что он выполнит своё обещание в самом прямом смысле? Но я не возражала. А потом моя волчица заскучала и попросилась развлечься.

Иван

Десять дней безудержного счастья! Мой волк отрывался во всю, присваивая свою волчицу и получая нежность и ласку взамен. Я же получал от своей любимой женщины даже больше: кроме физического наслаждения я ещё и купался в море своих и её эмоций!

Когда мы летели в самолёте и рассматривали облака, я словно вернулся в детство, когда вот так же мама показывала на белую небесную вату и говорила на что они похожи. Как давно это было! И как счастлив я был тогда!

Я сидел рядом, когда она рисовала и собирал её рисунки, которые она отбрасывала в сторону. Разглядывал их и восхищался, как точно она улавливала контуры, свет и тени. Даже нарисованные простым карандашом, облака казались розовыми, оранжево-малиновыми…

Заснувшую на диване Мару я переодел в непрозрачную ночную рубашку, чтобы ей легко было спать. Чтобы, не дай Богиня, никто не увидел то, что предназначалось только мне. А так хотелось завладеть ею, её телом, присвоить её прямо там. Но будить её не стал. Только сидел и гладил её волосы.

Её захлестнул восторг, когда она впервые вышла к морю. Детский восторг! Такой чистый и наивный, что у меня перехватило дух. Я купался в волнах эмоций, которые шли от неё, наслаждался ими и почти забыл, что есть ещё и маленькая волчица.

Как и обещал, устроил нам секс-марафон и не выпускал мою девочку из постели. Только море и мы! А она и не возражала.

По утрам Мара выскальзывала из кровати и бежала к морю. Я, ворча, шёл за ней. Она плескалась в прохладной утренней воде, а я любовался сверканием её белой кожи и счастьем, которое светилось в её фиолетовых глазах. И придумывал способы сделать так, чтобы у неё не было сил выползать из кровати после наших ночных игр.

На одиннадцатый день появилась волчица.

Проснулись мы поздно. Я еле добудился Мару, соблазняя её то кофе, то поцелуями, то её любимой колой. Не получалось. Наконец она проснулась и открыла сиреневые глаза. Волк моментально спрятался в самый дальний угол сознания так, что вытащить его обратно и заставить общаться со своей волчицей никак не получалось.