Книга Венец из волчьих ягод, страница 60 – D. Scriptor

— Сию секунду, леди, — мужчина неловко улыбнулся и завертелся на месте, ища, куда бы пристроить свои книги. Я удивленно приподняла бровь, не зная, как реагировать на такое очевидное простодушие. Никак убогий? Следовало быть осторожной.

Я подозрительно прищурилась и последовала за гоблином вглубь библиотеки. В прошлый раз, когда мы занимались с Нингаль, его здесь не было.

Мужчина остановился возле стеллажа и посмотрев вверх, явно что-то прикидывая в голове. Я проследила за его взглядом и заметила на самой последней полке несколько одинаковых золотых корешков. Восемь томов. Как и книг Дэрики Микассо. Даже с ростом гоблина, моему новому знакомцу придется на что-то встать, чтобы добыть для меня фолианты.

Впрочем, решение этой проблемы нашлось в виде небольшой стремянки, на которую книжный смотритель забрался с поразительной ловкостью.

— Изволите читать полное собрание или только «зимние» мемуары? — уточнил он, глядя на меня сверху вниз и улыбаясь.

— Только мемуары, — кивнула я, справедливо расценив, что достать два тома легче, чем восемь. Мужчина благосклонно кивнул, и пару движений спустя в моих руках было два увесистых фолианта.

Дэрика Микассо была величайшей султаншей Амирака. Ее муж погиб на войне, и она взяла бразды правления в свои руки, сумев сохранить власть в полностью патриархальном государстве. Нингаль настояла на том, чтобы я ознакомилась с основным ее трудом «Гранатовая зима», мемуарах, в которых Дэрика рассказывает о самой страшной для Амирака эпохе, Железных Зимах, продлившихся аж пятнадцать с лишним лет. До сих пор никому из ныне живущих неизвестно, откуда взялась вечная мерзлота, накрывшая империю в разгар жаркого лета. То случилось больше тысячи лет назад, но все колдуны и чаровники современности до сих пор бьются над разгадкой. Дэрика Микассо в мемуарах рассказывает о том, как Амираку удавалось выживать эти пятнадцать лет и при этом участвовать во всех войнах Миагеры. Гранатовая зима, одного цвета с кровью, окропившей тысячелетия.

— Благодарю, — я оторвала взгляд от обложки и подняла взгляд на смотрителя. Тот сдержанно улыбнулся.

— Обращайтесь, леди. Я всегда буду рад помочь.

— Вы работаете здесь? — я обвела пространство рукой, а лицо гоблина озадаченно вытянулось.

— К сожалению, нет, — он снова заулыбался, а потом воровато оглянулся по сторонам. — Боюсь, Ее Величество Каланта не одобрит нашего общения. Приятного чтения, леди, — мужчина глубоко поклонился и, не глядя мне в глаза, сбежал.

Я пару секунд глядела ему вслед, бесконечно удивленная этим поступком. Королева решила полностью отрезать меня от общества? Я подавила возмущения и прошла ближе к окну, прижав к груди книги. Солнце неспешно катилось по небу, но на западе уже виделись ранние сумерки.

До вечера оставалась пара часов. Я глубоко вздохнула и покачала головой, отгоняя непрошеные мысли. Скоро все решится.

Пришлось едва ли не драться с Нингаль, чтобы отвоевать свое право идти на прием в материнском сарафане, а не в эголльских многослойных платьях. Клюкву подвергли пытке с купанием, а меня разукрасили так, что я и свое лицо-то с трудом узнала. Все ради короны. Я макнула пальцем в красное масло для губ, принюхавшись к терпкому запаху каких-то ягод. Надеюсь, все эти экзекуции будут стоить мне уважения со стороны леди Аши, иначе я сотру весь этот боевой окрас со своих щек в ту же секунду.