Книга Венец из волчьих ягод, страница 253 – D. Scriptor

— Я не хочу, чтобы твоя жизнь принадлежала мне, — я испуганно отшатнулась, но Вар удержал меня в своих объятиях.

— Она принадлежит лишь мне, — он посмотрел тем взглядом, которым смотрят короли. — И лишь мне решать, что с нею делать, — его голос был суров и тверд. Я чувствовала, как внутри меня все перевернулось.

Замолчали, глядя друг другу в глаза. Он — прямо, уверенно, и я — с мрачным вызовом. В его словах угадывалась сила, которую Варасса был вынужден прятать от матери и целой Эголлы, сила, живущая в его сердце долгие-долгие годы. Сила, пригвоздившая Фарида к стене, преклонившая алианского дьявола передо мной, перед женщиной. Мой принц и меня делал еще сильнее, чем я есть.

— Хорошо, — я медленно кивнула. — Хочешь что-нибудь спросить? О том, зачем мы плывем в Красногорье, — я передернула плечами, недовольная выбранной формулировкой.

— Нет, — Вар покачал головой, убрав мокрые волосы с моего лица. — Я смею думать, что ты сама обо всем расскажешь, если посчитаешь нужным.

— Что ж, — я скривилась. — Тогда я считаю нужным рассказать. Мой жених… мой прошлый жених, — я сглотнула, а Варасса успокаивающе коснулся моей спины. — Три года назад был проклят вечным сном. Его мать уговаривала меня, чтобы я перестала платить лекарям, которые поддерживали в нем жизнь. Но я боролась. Я знала, как все исправить и шла к этой цели. Видимо, в мое отсутствие купчиха Ганна все же уговорила моего отца дать согласие на похороны…

— Ты намерена оспорить это решение? — Вар даже не спросил, уточнил уже очевидную истину. Я втянула носом воздух.

— Да. Я не позволю им хоронить живого человека, — мои ладони сами собой сжались в кулаки. — Я хочу, чтобы он очнулся. Хочу извиниться перед ним и попрощаться, — прошептала я жалобно, и в уголках моих глаз задрожали слезы. Приплыли.

За последний месяц многое изменилось, но Асен по-прежнему заслуживал моей честности, и на сей момент это было единственной правдой, в которую я верила.

Варасса замер, сбитый с толку моими слезами, но в следующее же мгновение он обхватил мое лицо обеими ладонями, принявшись сцеловывать с щек соленую влагу. Его неуклюжая нежность обезоруживала. Эти грубые мозолистые руки не были созданы для ласк, а покрытое рубцами и шрамами тело не знало любви. И мне было бесконечно жаль, что я и Варасса нашли друг друга так поздно.

Я потянулась вслед за его губами и увлекла Вара в долгий, сладкий поцелуй. Принц хаотично оглаживал мою спину, пока я прижималась бедрами к его паху. Даже сквозь воду я чувствовала, как горяча его кожа. Мои руки скользнули вниз, огладили его грудь и бока. Варасса издал какой-то нечленораздельный звук, когда я подалась ближе и сжала его ягодицы. Наши губы вновь столкнулись в пьянящем поцелуе. Я никогда не думала, что можно быть такой счастливой рядом с другим человеком. Связанные.

— Тот поцелуй, в саду, — я отстранилась, глотая воздух большими порциями, — был… первым? — мой вопрос не был рациональным, не был важным, но отчего-то захотелось услышать то, что я и так знала.

— Да. Ты моя первая, — Вар облизал губы и клыки. — И моя единственная.

— Говоришь, как отъявленный сердцеед, — с усмешкой заметила я, огладив крепкие бедра. Варасса стушевался, посмотрев на меня едва ли не оскорбленно. — Это шутка, — шепнула я, снова прильнув к нему в поцелуе.