Книга Венец из волчьих ягод, страница 142 – D. Scriptor

Варасса посмотрел на меня с какой-то обнаженной благодарностью, и я сморгнула вновь подступившие слезы. Непозволительная слабость. Я сняла с него меховую куртку и дорожную сумку. После мои руки уверенно скользнули к пуговицам на грязной рубахе. Пахло огнем и паром, травами для купания и ночью. А еще страхом, общей мукой и кровью.

Его грудь была забинтована. Я облегченно выдохнула, пройдясь влажной тряпицей по его плечам, покрытым какой-то копотью и черным потом, по шее, истерзанной чьими-то когтями. Я знала, чьими когтями. Варасса жалобно выдохнул, и я поспешила омыть его руки, живот. Взгляд зацепился за пояс штанов, и я подняла глаза.

— Можно я?.. — я осеклась. Конечно, можно. Глупый вопрос. — Прости, — я спешно прижалась губами к его лбу и оголила сильные ноги. Варасса только глаза прикрыл, крепче вцепившись в край лохани.

Иная девица от вида мужского белья свалилась бы в обморок. Жаль, что мне такая роскошь была непозволительна. Я быстро отерла колени и бедра, глядя исключительно в покрытое испариной лицо. Я помнила, что мне нельзя было видеть его обнаженным до помолвки, но здесь, в полумраке, я почти ничего и не видела.

Когда дело было сделано, я помогла Варассе надеть чистую рубаху, и только после этого стянула белье, не глядя обмыв пах и между бедер. Принц почему-то болезненно сморщился, но я не придала этому особого значения, ослепленная завершением этой смущающей процедуры. К своей чести (или же к позору), я даже не покраснела, остуженная ужасом.

— Я схожу за лекарствами и вернусь, хорошо? — сообщила я, усадив Варассу на край кровати. — Не смейте терять сознание, — я постаралась сделать грозное лицо, но на деле вышла вымученная улыбка. — Вы голодны? Я принесу бульон. Все будет хорошо, — я не удержалась и торопливо коснулась уголка его рта губами. Желанная, но краткая близость отозвалась в моем сердце переливчатой радостью. Здесь, рядом. Со мною.

— Заразитесь. Не трогайте, — хрипло сказал принц, а я грустно покачала головой.

— В Красногорье по праздникам мы купаемся в ледяных прорубях. Ни одна болезнь меня не возьмет, — я снова улыбнулась.

Вопреки своим же словам Варасса нашел мою руку, переплетя наши пальцы. Выглядел он до сих пор плохо, но сейчас в глазах промелькнул огонек осознанности.

— Ваши раны… их нужно обработать? — уточнила я, коснувшись края бинтов. Выглядели они более-менее свежими.

— Перед отплытием меняли, — отозвался принц, поведя плечом. Я кивнула, засобиравшись. Нужно было разбудить Маришку. Прости, милая, без тебя мне не справиться. — Останьтесь, — вдруг попросил Варасса, а я опешила. В груди что-то дернулось.

— Я вернусь, — шепотом пообещала я, заглянув в его глаза. — Обещаю. Нужно сбить жар, я принесу лекарства… и останусь до утра, — я с сожалением отняла руку и поспешила прочь. Принц сипло вздохнул, но больше не окликнул.

Страх за него подгонял меня бежать быстрее. Залетев в свою комнату, я дернула за колокольчик, вызывающий прислугу, и ломанулась за новой свечой, потому что мою, оставленную в коридорах, затушил сквозняк. Проснувшаяся Клео обернулась человеком, уставившись на меня заспанными глазами.

— Ты чего, Виви? — волчица озадаченно наблюдала за тем, как я зажгла три свечи и стояла с ними у дверей в ожидании чернавки.