Книга Я купила демона. Теперь он требует супружеский долг, страница 79 – Сия Ник

Меч замер.

Белый туман разошёлся.

В глубине Колодца открылся огромный золотой глаз.

И голос продолжил:

— Ты уничтожишь границу между жизнью и смертью своего собственного рода.

— Ты уничтожишь границу между жизнью и смертью своего собственного рода.

Меч Каэля застыл над Сердцем.

В глубине Колодца горел огромный золотой глаз. Он не принадлежал существу в привычном смысле: вокруг не было ни лица, ни тела, только туман, в котором иногда проступали очертания крыльев, рук, чужих лиц, а затем снова растворялись.

Я всё ещё сидела в седьмом кресле и удерживала свой отказ. Синие линии на подлокотниках пульсировали под ладонями, словно Колодец пытался понять, имею ли я право спорить с ним.

Аркейн, в отличие от нас, выглядел почти счастливым.

— Наконец-то, — прошептал он.

Каэль даже не повернулся в его сторону.

— Кто ты?

Золотой глаз сузился.

— Ты задаёшь этот вопрос в доме, построенном на моей крови.

Северин медленно опустил руку.

— Первый Морвейн.

Эзраэль побледнел.

Лилит, державшая одного из освобождённых пленников, замерла.

Я посмотрела на Каэля.

— Это ваш предок?

— Очень дальний.

— Насколько дальний?

— Настолько, что никто не знает его настоящего имени.

Голос вновь прошёл по залу:

— Имя было принесено в жертву, когда создано Сердце.

Мне совсем не понравилась последняя часть.

— Значит, вы не совсем живой, — сказала я.

Золотой взгляд остановился на мне.

— Хранительница.

Не вопрос.

Признание.

— Аделина Вейл.

— Последняя.

— Мне постоянно напоминают.

— И первая, кто за много веков произнёс отказ собственным голосом.

Я нахмурилась.

— Остальные не могли?

— Могли. Не захотели.

Аркейн резко рассмеялся.

— Не слушай его. Он — механизм, Аделина. Остаток древней воли, привязанный к Сердцу.

— Ты пришёл сюда именно за этим механизмом, — заметила я.

Улыбка исчезла.

Хорошо.

Каэль всё ещё держал меч над кристаллом.

— Если я разобью Сердце, что именно произойдёт?

Ответ пришёл не сразу.

На стенах Колодца начали вспыхивать изображения.

Мужчины.

Женщины.

Дети.

Тысячи лиц.

Некоторых я уже видела в хранилище Морвейнов. Большинство — нет.

— Каждый правитель отдавал Сердцу часть себя, — произнёс древний голос. — Не только силу. Память. Кровь. След души.

Каэль опустил меч на несколько сантиметров.

— Они здесь?

— То, что от них осталось.

Я почувствовала через связь, как ему стало холодно.

Его отец.

Предки.

Все те, о ком он вспоминал в ночь Обряда Равных.

Северин спросил:

— А если Сердце уничтожить?

Изображения на стенах исказились.

Лица раскрыли рты в беззвучном крике.

— То, что удержано, будет освобождено.

— Души? — спросила я.

— Эхо.

Эзраэль понял первым.

— Арианна.

Я повернула голову.

— Что Арианна?

Он смотрел на белый туман в Колодце.

— Именно такие остатки она умеет использовать. Память, магические следы, фрагменты личности. Если освободить сразу сотни Морвейнов…

Лилит закончила:

— Она получит целую армию мёртвых высших демонов.

Прекрасно.

Я устало посмотрела на Каэля.

— Меч пока убери.

— С огромным удовольствием.

Аркейн шагнул к Сердцу.

— Неужели вы не понимаете? Именно этого нам и не хватало. Не просто открытых Врат. Силы, которая сможет удерживать переход постоянно.

Каэль развернулся.

— Ты всё-таки решил подтвердить, что окончательно сошёл с ума?