Книга Я купила демона. Теперь он требует супружеский долг, страница 104 – Сия Ник

— Простите… а вы случайно не дочь прежней хозяйки?

Я посмотрела на собственное отражение в витрине.

Двадцать семь.

Всё ещё.

Те же тёмные волосы, та же кожа, то же лицо. Разве что золотой ободок вокруг зрачков стал ярче, а магию теперь не приходилось вытягивать из воздуха по капле. Она жила во мне спокойно и естественно, как дыхание.

— Нет, — ответила я. — Я её внучка.

Технически даже не соврала.

Женщина ещё несколько секунд смотрела с подозрением, потом решила, что ведьм лучше не расспрашивать, и купила амулет от бессонницы.

Я проводила её до двери.

Колокольчик звякнул.

На стекле всё ещё висела табличка, которую Каэль повесил много лет назад:

«Редкости Вейл. Магические артефакты, книги, амулеты. Демонов не продаём».

Под ней кто-то снова приписал мелом:

«Даже очень красивых?»

Я вздохнула.

— Лилит.

— Я сегодня вообще не была на первом этаже, — донеслось со стороны лестницы.

Я подняла голову.

— Значит, Дариан.

— Тоже нет.

Лилит появилась из моей кухни с чашкой чая, совершенно не смущаясь тем, что это моя кухня, мой чай и вообще мой дом.

За тридцать лет некоторые вещи так и не изменились.

— Тогда кто?

Она посмотрела за моё плечо.

Я обернулась.

Возле двери стояла девочка лет восьми с куском мела в руке.

Тёмные волосы.

Золотые глаза.

Самое невинное выражение лица, которое я когда-либо видела на человеке, только что пойманном на месте преступления.

— Элея.

Она быстро спрятала мел за спину.

— Это не я.

— Я смотрю прямо на тебя.

— Тогда, возможно, это магическая иллюзия.

Лилит за моей спиной подавилась чаем.

Я закрыла глаза.

Вот что происходит, если заводишь ребёнка от Каэля Морвейна.

— Кто научил тебя так отвечать?

— Папа.

Разумеется.

— Где он?

Элея задумалась.

— Сказал, что его здесь нет.

Я медленно повернулась к лестнице.

— Каэль!

Тишина.

— У тебя три секунды.

Сверху появился муж.

Он не изменился вообще.

Тот же мужчина, которого я когда-то увидела совершенно голым посреди собственной спальни после того, как пролила кровь на подозрительное кольцо.

Разве что сейчас он был в брюках.

Прогресс.

— Звала?

— Ты учишь нашу дочь врать?

— Нет.

Элея подняла руку.

— Это неправда.

Каэль посмотрел на неё.

— Предательница.

— Мама страшнее.

— Разумный выбор.

Я скрестила руки.

— Вы оба сегодня без сладкого.

— А я? — спросила Лилит.

— Ты тоже.

— Я вообще ничего не делала.

— За тридцать лет накопилось.

Она задумалась.

— Справедливо.

Каэль спустился и по дороге забрал у дочери мел.

— Беги.

Элея исчезла мгновенно.

Я посмотрела ему вслед.

— Ты специально её спас.

— Я защищаю слабых.

— Она неделю назад превратила наставника по истории в лягушку.

— Случайно.

— Дважды?

— Хотела исправить первый раз.

Я не выдержала и рассмеялась.

Каэль подошёл, положил руки мне на талию и поцеловал в висок.

— Закрывай лавку.

— Ещё два часа до конца рабочего дня.

— Ты владелица.

— Именно поэтому должна подавать пример.

— Ты тридцать лет подаёшь пример. Сделай перерыв.

Я посмотрела на него.

— Что ты задумал?

— Почему сразу задумал?

— Ты застегнул все пуговицы.

Он опустил взгляд на рубашку.

— Ненавижу, что ты до сих пор это замечаешь.

— А я люблю.

И это оказалось правдой.

Через тридцать лет я всё ещё замечала.

Как он прищуривается, когда врёт.

Как едва двигается левый уголок губ, когда собирается сказать что-нибудь невыносимое.