Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 137 – Айлин Лин

— Ну, ступай, — выговорил наконец. — Петя ждёт.

До церкви решили ехать. Аллея была короткой, однако Маша заявила, что тащить подвенечный подол по земле не позволит.

У крыльца уже стоял экипаж. Макар держал дверцу. Сегодня мой телохранитель и друг был в новом сюртуке и жилете; белый крахмальный воротничок подчёркивал его смуглую кожу. Таким нарядным я его ещё не видела.

Ангара сидела возле Антона. Увидев меня, поднялась, но он придержал её за ошейник.

— Жди здесь, Ара, — попросила я.

Собака потянулась ко мне носом и тихонько заскулила.

— Вернём хозяйку, — заверил её дядя. — Не волнуйся.

— В целости, — добавила Мотя и первой полезла в экипаж, чтобы принять мой шлейф.

Пётр ждал возле церковной ограды с родителями. Я увидела его, прежде чем он заметил нас. Он стоял возле отца и слушал, склонив к нему голову. Анна Васильевна держала небольшой свёрток с иконами.

Тут жених услышал стук колёс кареты и резко к нам повернулся.

Наши взгляды встретились, и у меня перехватило дыхание! Пётр смотрел так, что щёки невольно заалели, а сердце забилось быстрее. Будущий муж вовсе не скрывал своих чувств, а на его губах расцвела восхищённая улыбка.

Карета остановилась, Пётр уже был рядом и помог мне сойти.

— Здравствуй, Саша.

— Здравствуй.

Он хотел добавить что-то ещё, но вздохнул и промолчал.

Мотя выбралась следом и сразу принялась расправлять мою юбку.

— Пётр Ильич, дайте хоть привести невесту в порядок, — проворчала она, оттесняя его в сторону. Жених послушно отступил, нехотя выпустив мои ладони.

В церковь мы вошли к началу литургии. Певчих по такому случаю пригласили из Орла.

Накануне оба исповедовались, сегодня должны были причаститься. Я старалась внимательно слушать службу, но то и дело замечала знакомые лица. Маша стояла возле матери. Зина устроилась рядом с Василием; он заранее нашёл ей место, где можно было присесть. Илья Петрович, опираясь на трость, замер около супруги. Мотя, Степанида, Дуняша, Фома Акимыч и мои архитекторы с Костовичем расположились позади них.

Сельские прихожане разглядывали нас без стеснения. У боковой стены мальчик тянул мать за рукав, добиваясь, чтобы его подняли повыше. Она пригрозила пальцем, и он на время успокоился.

Солнце постепенно добралось до окон, и на полу проступили светлые прямоугольники, в которых заплясали мерцающие золотом пылинки.

После причастия я вернулась на своё место.

Литургия закончилась ближе к одиннадцати. Часть прихожан вышла, другие остались на венчание. Нас с Петром поставили у входа, ближе к притвору, а гости расступились, освобождая проход. Маша забрала у меня букет, Варя помогла снять перчатки. Помолвочное кольцо я оставила дома, в шкатулке.

Отец Павел ещё накануне объяснил нам порядок службы.

Священник вышел к нам в светлом облачении. Диакон принёс зажжённые свечи. Отец Павел трижды благословил и подал каждому по свече, затем покадил.

Началось обручение.

Я слышала наши имена среди прошений о мире и согласии. Пламя над моей рукой подрагивало, хотя сквозняка не было. Кольца до службы положили в алтаре на престол. Теперь их вынесли к нам.

«Обручается раб Божий Пётр рабе Божией Александре во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа», — трижды произнёс отец Павел, осеняя Петра золотым кольцом, и надел его на безымянный палец правой руки жениха. Серебряное таким же образом досталось мне. Когда пришло время обмена, Василий, выбранный шафером, подошёл ближе.