Книга Драконова Академия. Книга 5, страница 99 – Марина Эльденберт

Правда ли, что становясь драконом, понемногу теряешь человеческие черты? Человечность. Все, что было дорого, становится незначительным. Все, кроме силы и власти? Потому что это звериный инстинкт: сохранить, удержать.

— Ты обещал, что Люциан будет под домашним арестом…

— Я обещал, что твою драгоценную Софию никто не тронет, если ты будешь говорить правду! – рявкнуло через камень. – И ее никто не тронет. Насчет остальных – ты зажрался, мальчик. Они строили заговор у меня под носом, и ты, между прочим, изначально тоже. Не договорись мы, ты бы сейчас вместе со своей супругой отправился в гарнизон, но я умею держать слово. А теперь оставь меня, мои дела не ограничиваются твоим недальновидным братцем и его друзьями.

От злости свело скулы. Хотя на кого было злиться? На этого… дракона, или на себя? На себя было бы правильнее. Поэтому Сезар вышел, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони до крови. Если бы можно было все отменить, что бы он сделал? Если бы можно было отмотать время назад, не приходить к отцу…

Драхов мясник!

Если бы он не появился, ничего этого не было бы, но Люциан собирался пойти прямиком в Мертвые земли, а это было чистейшей воды самоубийство. Внутри поднималась темная магия: она поднималась всякий раз, когда на него обрушивались чувства. Когда-то Валентайн говорил, что чтобы справиться с ней, нужно не испытывать чувств вовсе, и к чему его это привело? Альгор был одним из сильнейших, он управлял собственной темной силой до того, как не появилась эта девчонка, Лена.

И Соня… София так же вытряхнула его из привычного спокойствия, равновесия, рядом с ней не получалось не чувствовать. Рядом с ней он заново этому учился, тому, что долгие годы пытался загнать внутрь, чтобы не дать своей темной части взять над ним верх.

Сезар вернулся домой порталом, зная, что она уже там. Можно было сослаться на неотложные дела и остаться во дворце, но, во-первых, находиться под одной крышей с отцом ему сейчас не хотелось, во-вторых, разговора с Соней все равно было не избежать.

Она его не простит. Если узнает – точно уже не простит. Их только начинающие выстраиваться отношения рухнут раньше, чем он успеет ей что-то объяснить, но лгать ей? Стоят ли такие отношения вообще того, чтобы их строить, если в них будет ложь? Сначала одна, такая. Затем другая, третья, ложь имеет обыкновение превращаться в снежный ком быстрее, чем успеваешь вздохнуть.

Нет. Соня имеет право знать правду, и чем быстрее случится их разговор, тем лучше.

— Где моя жена? – спросил он у первого слуги, который встретился ему на пути.

— У себя… прошу прощения, тэрн-ар, в ваших общих покоях.

Не так давно эти комнаты стали их общими, не так давно она снова подпустила его к себе. Сезар снова сжал кулаки, но тут же расслабил пальцы.

— Она уже ужинала?

— Нет, ей нездоровилось. Она попросила не накрывать на стол и не беспокоить ее.

Нездоровилось?

Сезар быстро зашагал по коридору, распахнул дверь, и… Сони в спальне не оказалось. Не было ее сумки, только небрежно наброшенная на кресло шаль напоминала о том, что она здесь вообще была. Из-за беременности жена часто мерзла, поэтому частенько куталась в нее, хотя обогревающие артефакты и камин всегда включались на полную.

«Мне холодно изнутри», – говорила она, именно это Сезар сейчас и почувствовал. Холод изнутри.