Книга В сети с мажором, страница 24 – Маша Демина

Какой же Гад! Кто так шутит с девушкой, у которой фантазии хоть отбавляй?

Со скачущим в груди сердцем печатаю.

Я: «Где?»

Но в ответ мне уже прилетает фото с его мощной спиной и змеищей вдоль позвоночника. Взгляд сканирует треугольник мужской фигуры: широкие плечи, узкую талию, и все сплошные мышцы, из под серых спортивок торчит белая резинка трусов.

А ниже сообщение.

Гад: «Поздно. Теперь моя очередь. Пришли мне эксклюзивную часть своего тела»

Сука. Две недели. Уебки держали меня две недели в следственном изоляторе. Но самое бесячее, что впервые за все разы этапирования меня ломает из-за девчонки из интернета.

Нездоровая херня, и мне она пиздец как не нравится. Вот только, видимо, поздно, где-то я проебался и позволил себе то, что под запретом — пробраться мне под кожу, как гребаная заноза. Вырвать ее и не получить заражение — без шансов.

И чем меня одноразовые шлюхи не устраивали? Физика для сброса напряга — плюс, никаких лишних заморочек — еще один плюс, разнообразие на любой вкус — плюс, а вот то, что у меня уже от этого разнообразия все атрофировалось — минус.

Душа атрофировалась в том числе. И до определенного момента я это тоже считал плюсом. Пока в мою серую жизнь не ворвалась буйными красками одна болтушка.

Итог — меня конкретно ломает, потому что хочется конкретно ее. А учитывая ее психи из-за моих редких ответов, очередная тишина с моей стороны в две недели парит. Еще больше парит, что у нее сегодня день рождения, а телефон из камеры пропал, а значит, и возможности написать ей нет. Вот эта хуйня просто выносит, и я, пытаясь выжечь все это из себя, тупо уничтожаю свое тело на турнике.

Дверь в камеру открывается с тяжелым грохотом замка, и мне не нужно смотреть, чтобы понять, кто мой гость. По шагам узнаю́.

Оскалившись от болезненного ощущения забитого пресса, торможу, повисая на согнутых коленях на перекладине вниз головой и чувствуя, как по лицу и спине скатываются капли пота.

Кадык дергается, мышцы напряжены, горят и не могут расслабиться, а я закрываю глаза, пытаясь контролировать дыхание и сосредоточиться на окончании тренировки.

Не позволяя себе долго отдыхать, принимаюсь за новый подход, задействуя мышцы пресса, пока жжение не становится невыносимым.

С рычанием подтягиваюсь еще раз, чтобы схватиться за перекладину, и спрыгиваю, слыша сквозь гул в ушах аплодисменты Каролины.

Но я не в настроении выслушивать ее восхищенное мурлыканье. В том, что это она взяла мой телефон, у меня нет никаких сомнений. Ревнивая идиотка.

Тяжело дыша, бью ладонями по столу, опираюсь на них и свешиваю голову, позволяя ярости вновь разъедать меня изнутри.

Пот струится по вискам, грудная клетка вздымается, и сквозь пульсацию в висках я улавливаю приближающиеся шаги, прежде чем мою талию обвивают женские руки. И вот сейчас мои изнуренные мышцы скручиваются жгутом по совершенно другой причине.

Каро утыкается носом мне между лопаток и делает глубокий вдох.

— Ты пахнешь мужчиной.

Прикрываю глаза, балансируя на грани послать ее на хуй или выломать запястья, чтобы больше никогда не прикасалась ко мне.

— Где мой телефон?

— Я соскучилась… — Она целует меня, игнорируя мой вопрос.

Оттолкнувшись от стола, провожу по разгоряченному лицу ладонью, мышцы ноют, но я пытаюсь взять себя в руки, чтобы не переломать ей запястье, когда отрываю ее от себя. Выходит все равно грубо, и, когда я оборачиваюсь, вижу это по обиженно вздернутому подбородку.