Онлайн книга «В сети с мажором»
|
Достаю телефон, захожу в чат со своими парнями, просматриваю их фото и лайф в прямом эфире, завидую. Очень. Хочу к ним. Входящее сообщение оживляет мобильный вибрацией. Следом еще одно. И еще. От нее.Открываю, читаю, вместо того, чтобы удалить. Заноза: «Ответь мне! Иначе я что-нибудь сделаю с собой!» Заноза: «И больше никогда-никогда не напишу тебе!» Заноза: «И ты не увидишь моей фотографии!» Сердце долбит по ребрам, ломится прочь. Вот нахера, а? Не писала ведь неделю. Я почти привык! Но прямо сейчас пальцы уже двигаются по клаве. Я: «Это шантаж?» Да. И мне не стоило на него вестись. Но сегодня я читаю между строк надлом, уязвимость, нужду. Заноза: «Да!» Я: «И что я должен делать, чтобы увидеть твое фото?» В груди все тянет, опаляет огнем и спускается лавиной вниз. Очень хочу ее фото. На аватарке только тонкая изящная рука в бликах солнца. И я уже больше месяца залипаю на нее, рисуя в своих фантазиях образ болтливой девчонки. Вот только нельзя, потому что переписываюсь я с семнадцатилетней девушкой. Это прям ред флаг. Нельзя, нельзя! Я не собираюсь рисковать. Ну, я так думаю, пока не получаю новое сообщение с ее фото. Сглатываю. Дважды. Длинные волнистые волосы цвета горького шоколада, розовое платьице, скрывающее маленькую аккуратную грудь, большие зеленые глаза, прямо в душу прошибают. Нежная, красивая… Это эксклюзив. Веду большим пальцем по миловидному лицу, только взгляд, полный чертят, и прикушенная нижняя губа выбиваются из образа хорошей девочки. Но она хорошая. И совершенно не для тебя, Решетов! Вот только я уже не слышу голос разума. Хочу еще фото, хочу больше, не обнаженки, нет, такого у меня полно, и все приелось, скучно, все это продажное, и я покупал, но это… Это не купишь. Она как лимитированная коллекция. И я хочу эту лимитку себе. Очень… 1 — Ты обещал, что отпустишь меня! Мой голос срывается от обиды, и я обессиленно топаю ногой, как маленькая девочка. Он обещал! Обещал! Только отцу, судя по всему, плевать. Нахмурившись, он сосредоточенно что-то читает в телефоне и безразлично бормочет: — Я обещал, что выращу достойную дочь. Широко распахиваю глаза, возмущение разгорается внутри с такой силой, что я позволяю ему вырваться: — Это просто вечеринка! И я сдержала свое слово: закрыла сессию на отлично! Тогда почему ты не можешь сдержать свое? Разве не такой был уговор? Он гримасничает и отмахивается, будто я мешаю ему смотреть в этот долбаный телефон. — Сбавь обороты… — Я не хочу ничего сбавлять! — кричу в сердцах. — Я и так никогда и никуда не хожу. — На прошлой неделе вы с матерью были в ресторане, а после ходили в кино, — бросает он спокойно как само собой разумеющееся. — О, да! На закрытый показ и в сопровождении кучи твоих дуболомов! Ресторан тоже был снят для нас двоих с мамой, я живу, как в каком-то черно-белом кино! Мне скучно, папа! Я хочу хоть немного свободы, хочу общаться со сверстниками, глядя им в глаза! У меня даже друзей нет, кроме Полины! И с той мне нельзя видеться, потому что меня не выпускают из дома! — Это вынужденная мера безопасности, — сухо отвечает он, все так же хмуро листая что-то в телефоне. — Это шизофрения, папа! И абьюз! Я давно не ребенок! У меня должны быть свои личные границы! Реакция отца отправляет меня в нокаут: короткий недоуменный смешок. Возможно, он даже был адресован не мне, а его гребаному телефону. |