Книга ( Не) его женщина, страница 86 – Анна Бигси

Любовь не выпрашивают, не вымаливают, ею живут, дышат. Она либо есть, либо нет. Невозможно подождать пару месяцев и вдруг влюбиться. Я столько времени заставлял тебя поверить мне, разглядеть свои чувства, попробовать построить отношения, но ни разу не допустил даже мысли о том, что ошибаюсь. Ты постоянно твердила мне, что не испытываешь ничего, но я с упрямством осла продолжал биться в плотно закрытую дверь. — Леш… — Лис… Ответь мне только на один вопрос. Я нужен тебе? — смотрю прямо в глаза и жду честного ответа.

Его исповедь, его крик души не оставляют меня равнодушной. Сердце разрывается от боли, но я не имею права его держать. Наступаю на горло себе, своим мечтам и надеждам и говорю то, что должна: — Нет… Холодно. Четко. Уверенно. Вижу, как тухнет надежда в его глазах. Черт! И почему я не отвернулась? Почему извращенно наблюдаю за тем, как умирает частичка его души? Садистка? Нет. По-другому он бы просто не поверил. Но даже это страшное зрелище меня не останавливает. Выстоять невероятно трудно, но я не сдаюсь. — Я так и думал… — разочарованно, горько. — Но, знаешь, я решил быть честным до конца. Что бы ты ни сказала и ни сделала, мои чувства к тебе неизменны. Я не могу вот так просто уйти, не оставив тебе права выбора. — Леша достает из кармана билет и кладет его на тумбочку. — Это твой. Дибров был бы не Дибров, если бы отступил без боя. Чувствую его панику, скрытую глубоко внутри, потому что точно такие же эмоции испытываю сама. Но я старше, мудрее, поэтому мне и выпала роль палача. — Не нужно. Я не поеду с тобой. Отрезать последние нити. Не позволить усомниться в серьезности моего решения. Именно так надо действовать в сложившейся ситуации. Жестко. Бескомпромиссно. Иначе все может растянуться, а, как известно, долгие проводы… — Пусть так, но я все равно буду ждать до последнего. Леша грустно улыбается, поднимает ладонь, но так и не решается меня коснуться. Рука безвольно падает, и он идет к выходу. В этот момент мое сердце перестает биться. Просто останавливается и медленно покрывается ледяной коркой. «Это конец», — звучит в голове прощальным набатом. И я бы, наверное, заплакала, если бы не была уверена, что так будет лучше, правильнее. Машинально иду за ним, чтобы запереть дверь, но он внезапно останавливается и резко прижимает меня к себе. Крепко и нежно. Как самое ценное сокровище. Растерявшись, не успеваю среагировать, а потом становится поздно. Его тепло обволакивает целиком и полностью пленяет разум. Не могу противостоять этой неведомой силе. Прижимаюсь теснее и утыкаюсь носом в шею. Жадно вдыхаю его запах, инстинктивно пытаюсь запомнить, впитать в себя. Я прощаюсь с ним навсегда, отдавая кусочек души. — Как же я тебя люблю. — Жаркий шепот обжигает шею, мягкие губы невесомо касаются виска.Чудовищная пытка. Невыносимая. Не выдерживаю, отстраняюсь и заглядываю в его глаза. Лучше бы этого не делала. Снова на одни и те же грабли. Видеть слезы и знать, что в этом виновата я сама… Но Дибров не желает демонстрировать свою слабость, быстро разворачивается и не оглядываясь идет к машине. Дверь захлопывается, а я так и остаюсь стоять в оцепенении. Каждый вдох дается с большим трудом, легкие будто стягивает стальными канатами. Горячие капли медленно текут по щекам. Плачу не я, плачет моя душа. Воет раненым зверем. Сил нет совершенно, и я просто сползаю по стенке на пол. Прикрываю веки в надежде, что скоро отпустит. — За что ты с ним так? — Голос Кати заставляет вздрогнуть. — Как «так»? — Я слышала ваш разговор. — И что, по-твоему, я должна была сказать? Останься со мной? Брось свои перспективы? Так? Чтобы он потом всю жизнь попрекал меня этим?