Книга ( Не ) Новый сосед на мою голову, страница 78 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Теперь каждое утро я просыпаюсь рядом любимым мужчиной. От его руки на моей талии, от его спокойного дыхания у меня в волосах. Поворачиваюсь и вижу его лицо родное, знакомое до каждой морщинки, и новое одновременно. Защищенное, расслабленное во сне. Моя крепость, которая пока сама нуждается в защите. И я, кажется, готова на все, чтобы этот покой не нарушался.

Неожиданно, но все проблемы решаются быстро и будто сами собой. Бытовые, рабочие. Словно вселенная, насмотревшись на мои страдания, дала передышку. Новых сложностей не подкидывает. Это похоже на хрупкий, прозрачный шар счастья, внутри которого мы живем. Я боюсь дышать, чтобы он вдруг не треснул.

Но ничто не вечно под луной, прилетает откуда не ждали. Беспардонно втыкается в мой шар и запускает уродливую тещину. Бывший муж, Анатолий. Не жилось же ему спокойно, решает перейти в наступление. Но не с угрозами, а что намного хуже - с раскаянием и покаянием.

Сначала были звонки Косте: «Как ты, сынок? Скучаю. Мама… она счастлива?». Потом - смс мне: «Прости за все. Хочу увидеться. Только поговорить». Я игнорировала, отчаянно рассчитывала, что отстанет. Но шанс изначально был невелик.

А сегодня и вовсе свелся к нулю, когда увидела Толика около своей работы. Вышла на улицу такая окрыленная и тут он, стоит, как истукан и смотрит на меня взглядом побитой собаки. В том самом пальто, которое я когда-то выбирала. Выглядит потерянным и раздавленным. Увидев меня, делает шаг навстречу, и в его глазах не привычная холодная уверенность, а мольба.

— Людочка, миленькая. Дай пять минут. Пожалуйста.

— У меня нет времени, Толь, - пытаюсь пройти, но он мягко преграждает путь.

— Я все осознал. Без тебя, без Костика мне ничего не нужно. Я был идиотом, слепцом и готов на все, чтобы вернуть семью. Я изменился, стал лучше для тебя. Ходил к психологу, работал над собой… Давай начнем все с чистого листа. Для Кости. Он же должен расти в полной семье, с отцом.

Его слова падают на мои плечи, как тяжелые, липкие капли. Они не злые, но гораздо страшнее. Они из той прошлой жизни, где была жалость, долг, привычка, но не было этого безумного, исцеляющего счастья.

— У Костика есть отец, - говорю я твердо. - И есть я. И все у нас хорошо. Лучше, чем было.

— С инвалидом? - вырывается у него, и он тут же ловит себя. - Прости. Не это имел в виду. Просто… это же несерьёзно, Люд. Это твоя жалость, вернись в реальность. Ко мне. Я исправлюсь, я буду таким, как ты хочешь. Я все для тебя.

Он готов на все, будет ползать, каяться, дарить цветы, играть в идеального отца для Кости. Он будет тихим, настойчивым, «правильным» пытаться заманить меня в безопасную, унылую клетку. Только я уже другая, я не хочу в клетку. Мне дороги мои крылья и мое счастье.

И самое ужасное, что я не могу рассказать об этом Жене. Ему сейчас сложно. Каждый его шаг на костылях победа над болью и отчаянием. Он учится заново быть сильным, а с этим я справлюсь сама.

— Поздно, Толь. Мое решение окончательное и обжалованию не подлежит. У нас с тобой ничего нет и не будет. Прошу, оставь меня в покое.

— Я не сдамся, - тихо говорит он, и в его тишине теперь куда больше угрозы, чем в крике. - Я буду бороться за свою семью. Ты увидишь на что я способен.

— Оставь ты нас в покое! Осточертел.