Книга ( Не ) Новый сосед на мою голову, страница 73 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Я порхаю по кухне. Нет, правда, порхаю. Ноги сами несут, руки все делают сами, и внутри дурацкое, пузырящееся как шампанское, чувство. Даже пятки будто отрываются от линолеума. Готовлю завтрак: детям - яичницу с сосисками, Жене отдельно, овсянку и паровые сырники, как положено по его больничному рациону. Раскладываю по тарелкам, а в голове играет какая-то бессловесная, радостная мелодия.

Дети сползаются на кухню, зевая во весь рот. Лиза причесывается на ходу, Костик, похожий на сонного птенца, тычется носом в стакан с чаем.

— Доброе утро, - пою я, разливая сок.

— Утро как утро, - бурчит Костик.

— Как спалось? - спрашивает Лиза, и в ее голосе сквозит невинная, но совершенно прозрачная ухмылочка.

Я чувствую, как жар поднимается от шеи к щекам. Ах ты, мелкая хитрюга! Отворачиваюсь к плите, делая вид, что проверяю, не пригорело ли. В голове сам собой всплывает вчерашний вечер, как я зашла за ней «после», наверняка растрепанная. Как она, хихикая, укуталась в халат, и я проводила ее домой. Ничего предосудительного не было, но эта детская осведомленность, это «знание» во взгляде смущает до дрожи в коленках.

— Доедайте быстрее, а то опоздаете, - говорю я, стараясь, чтобы голос звучал строго, но получается, мягко говоря, не очень.

— Угу, - бормочет Костик, уже дожевывая вторую сосиску.

— А я сейчас Жене завтрак отнесу, - зачем-то сообщаю я, словно отчитываюсь.

— Угу, - снова бормочет Костик, и они с Лизой переглядываются и обмениваются многозначительными улыбками.

Я хватаю поднос и выхожу из кухни. За спиной слышу сдавленное хихиканье. Краснею ещё сильнее и почти вбегаю в соседнюю квартиру.

Женя уже не спит, сидит на краю дивана, упершись руками в матрас, и с сосредоточенным, нахмуренным лицом пытается совершить маневр: перебраться в коляску, стоящую в полуметре. Вид у него сосредоточенный и решительный.

— Подожди, я помогу! - ставлю поднос на стол и делаю шаг вперед.

— Нет, - рычит Чибис, не глядя на меня. - Я сам.

Я понимаю. Это важно. Отступаю к стене, скрестив руки на груди, и терпеливо наблюдаю. Он кряхтит, осторожно переносит вес, его лицо искажает гримаса усилия, но не боли. Наконец, с почти балетной, если не считать сопения, плавностью, оказывается в коляске. Выдыхает, откидывается на спинку и только теперь смотрит на меня. Победа.

— Доброе утро, герой, - подхожу и целую в щеку.

— Я бы поспорил на счет «доброго», - ворчит он, но его рука уже тянется обнять меня за талию.

— Что случилось? - присаживаюсь на край дивана, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Вот если бы я проснулся рядом с тобой… - в его глазах появляется та самая, знакомая озорная искра.

— То дети умерли бы с голоду и проспали школу, - безжалостно прерываю я, гладя его по взъерошенным волосам.

Чибис лишь глубоко вздыхает.

— И ты, кстати, тоже, - добавляю я, целуя его уже в другую щеку. - Умывайся, я накрою на стол.

Послушно катится к двери ванной, но на пороге разворачивается, и лицо его становится озабоченным.

— А дети-то где?

— У меня на кухне. Доедают завтрак.

— Не по-человечески как-то.… - хмурится он. - Мы тут одни, они там одни. Раздельный завтрак. Непорядок.

И, бросив на меня полный несправедливости взгляд, скрывается в ванной. Я только качаю головой. Ну что за человек! Только вчера выписался, ещё сам не оклемался, а уже готов достать шашку из ножен.