Книга Дочка и отец-одиночка, страница 77 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Слышать его дерзкий голос сейчас будет выше моих сил. Открываю мессенджер и пишу в нем:

«Здравствуй, Кирилл. Я не нашла ничего подозрительного в документах жениха. Почему ты вообще решил, что с моей поддельной подписью связан именно он? В его штабе много людей. Проверь их!»

Читаю сообщение от Царапкиной и криво усмехаюсь. Опять она за свое. Наивная или просто хорошая актриса?

— Проверь их, - бормочу я, отпивая большой глоток кофе. - Ага, щас. Делать мне больше нечего. Я тебя, милая, проверю в первую очередь.

Но где-то внутри, под толщей цинизма и служебного опыта, копошится червячок сомнения. А что, если она и правда ничего не знает? Если ее просто используют в темную? Вспоминаю ее глаза вчера вечером, испуганные, растерянные, по-настоящему шокированные. Такие не подделать.

Или подделать?

Чёрт. Я запутался. Может я просто хочу выдать желаемое за действительное и обелить крестную своей дочери? Надо разобраться во всем самому.

В отделение приезжаю раньше всех. Завариваю крепчайший кофе, утыкаюсь в монитор, пытаясь сложить пазл из того, что имею. Договора, акты, подписи Полины. Ее жених - прыткий политик Виталий Нелюбин, который внезапно так лояльно отнесся к ее желанию удочерить ребёнка. Слишком лояльно. Как будто это в его планы входило. Но в то же время, предлагал мне деньги за то, чтобы я удочерил Тосю.

Дверь в кабинет приоткрывается.

— Кирилл, ты уже здесь? Зайди ко мне. Срочно, - голос начальника, Максима Марьянина, не предвещает ничего хорошего.

Встаю, по пути закидывая в рот обезболивающее от намечающейся мигрени. В кабинете пахнет дорогим табаком и властью. Марьянин сидит, откинувшись в кресле, и изучает какую-то папку.

— Присаживайся, Метелин. Про ваш с Шаманом вчерашний «улов» расскажи. Подробно.

Сажусь. Рассказываю. Всё как есть. Про документы, про подписи Полины, про ее женишка-политика. Говорю сухо, по-деловому, без эмоций. Только факты. Марьянин слушает, не перебивая. Потом откладывает папку.

— Дело-то серьёзное, Кирилл. Очень. Ты в курсе, что на самого Нелюбина уже давно есть разнарядка? Им «компетентные органы» занимаются. Очень плотно.

В животе всё сжимается в холодный комок. Я такого не ожидал.

— Не в курсе, - качаю головой.

— Ну так вот, теперь в курсе. И они, - он кивает куда-то в сторону окон, имея ввиду «органы», - будут очень рады твоим находкам. Это им в дело отлично ляжет. Передай им всё.

Мысль о том, что эти бумаги уйдут к другим, а Полину в любом случае втянут в эту мясорубку, заставляет меня резко выдохнуть.

— Макс, подожди. Дай мне неделю. Я сам все проверю относительно Царапкиной.

Начальник смотрит на меня с немым вопросом. Он меня почти не знает и, возможно, не доверяет.

— У тебя свой интерес в этом? - его взгляд становится пристальным, изучающим.

— Нет, - вру, не моргнув глазом. - Просто хочу сам разобраться. Чтобы потом не было мучительно больно, если я её… если я ошибся.

Марьянин молча созерцает меня секунд десять. Кажется, он читает все мои мысли, включая те, что про поцелуй в лифте.

— Ладно, - наконец соглашается он. - Неделя. Но чтобы к следующим выходным у тебя был внятный результат. И, Кирилл… - Макс делает паузу. - Будь осторожен. Если Нелюбин и вправду замешан в этом, он будет выкручиваться. И твоя Царапкина - самый простой способ отмазаться. Он ее подставит, не моргнув глазом.