Книга Развод. Нас не вернешь, страница 29 – Юля Шеффер

В эту подпись я трансформировала свою прежнюю, дозамужнюю, где «О» была «С» от моей девичьей фамилии Стеклова, и «В» там тоже присутствовала, с типа запятой от окончания «ва».

Поднимаю глаза на сотрудницу налоговой службы, наблюдающей за моими действиями с немалой долей скептицизма. Она не верит мне?..

Смущенная этим открытием, подталкиваю к ней листок с образцом, девушка в погонах смотрит на него, потом в договор, снова на образец — и протягивает договор мне:

— Это же та же самая подпись. Я, конечно, не эксперт-почерковед, но на мой субъективный взгляд, документ подписан вами.

Я присматриваюсь к каракулям внимательнее и с удивлением констатирую, что на документе, действительно, стоит именно моя подпись. Не просто похожая, а тщательно скопированная. Может, даже ее откуда-то сфотошопили — с того же заявления на развод или… Да дофига документов я подписывала за время нашего брака. У Воронцова запросто могли быть копии, с которых можно ее скопипастить.

Бывший хорошо подготовился, вот почему был так уверен, что у меня ничего не выйдет.

Но я не сдамся просто так.

— И что делать? — спрашиваю решительно.

— Я не вижу оснований признать договор недействительным. Одних ваших слов против официальных документов и подписей еще нескольких людей мало. Поэтому заявление ваше я отклоняю, — она отодвигает его от себя.

— Но я не согласна принимать эту фирму! — я нетерпеливо вскакиваю с места.

Инспектор смотрит на меня снизу вверх, взглядом приказывая сесть. Я послушно опускаюсь обратно на стул.

— Если вы настаиваете, что договор подделан, вам следует обратиться в суд. Только там вы сможете что-то доказать и снять с себя владение, — заглядывает в документы, — ООО «Пивберри». Вам понадобится почерковедческая экспертиза, и, возможно, адвокат, который сможет доказать суду, что подпись на документах, действительно, не ваша.

— И сколько времени это займёт? — спрашиваю я, стараясь не показывать своего беспокойства.

— Этого я не знаю, — разводит она руками. — Зависит от загруженности суда, загруженности экспертно-криминалистического центра, насколько хороший у вас адвокат… Но вы должны понимать, что пока не будет вынесено решение суда, налоговые начисления остаются в силе.

— Понимаю, — вздыхаю я и поднимаюсь. — Спасибо за информацию.

Выйдя из здания, останавливаюсь на крыльце.

Ну что… Как и обещал Воронцов, быстро избавиться от его фирмы у меня не получилось.

Чтобы сделать это, мне понадобится адвокат.

И что, если он прав и в остальном, мне теперь придется нанимать и личную охрану⁈

Выхожу на обед для встречи с Татьяной — она позвонила, когда я ехала из налоговой на работу и, узнав последние заявления Воронцова, настояла, что нам надо встретиться и все обсудить прежде, чем предпринимать какие-то следующие действия.

Я собиралась сразу по приезду обратиться к Косте, чтобы он представил меня нашим юристам — по знакомству больше шансов, что меня не отошьют с моими личными делами в рабочее время, — но после решительных возражений подруги, решила визит к нему отложить.

Все же он мне чужой человек, и все детали рассказывать ему я не хочу, в этом отношении Таня надежнее. Хотя, конечно, таких полезных связей у нее нет.

Или я чего-то о ней не знаю.

Пока иду до кафе, которое находится примерно посередине между моим офисом и салоном, в которым она работает мужским мастером, мне приходит сообщение от Анны Степановны: