Книга (НЕ)Бывшие. Богом данные, страница 92 – Дора Шабанн

— Наконец-то, сладкая. Моя! Ты моя. И сейчас я тебе покажу, насколько…

А я прислонилась спиной к ухмыляющемуся Андрею и хмыкнула:

— Видимо, Сеня остается у нас сегодня ночевать.

Адель Варисовна, прибывшая вместе с ребятами и уже сбросившая пальто, так же как и Андрей, с радостью утянувший меня в объятья, понимающе улыбнулись.

Словно чуя важное событие в нашей семейной жизни, из детской высунулись любопытные носы, для которых информация была оглашена вновь, после чего Арсений и Клара запрыгали и радостно заверещали.

Я же немного подумала, потом внимательно посмотрела на календарь и добавила:

— И завтра, вероятно, тоже. А может быть, и послезавтра, кто его, влюбленного энтузиаста, знает…

Кстати, мама Нонна — умница и молодец, да.

И все сделала правильно.

Подумаешь, маленькая провокация… зато какой успех, а?

'Стихли звуки мелодий, и среди тишины

Вновь по улицам бродит желтый ветер с луны

И внезапно на грани света и темноты

Гром в душе моей грянет, и появишься ты

В этом мире, уставшем от беды и мольбы

Нас любовь повенчала в лабиринтах судьбы

И недоброму миру, где от зла устаю

Все сегодня простил я за улыбку твою…'

Л. Дербенев «Ты. Ты. Ты»

Кирилл

В этот раз беременность матери Андрюху накрыла как-то уж сильно мощно, и толку с него при общении на темы, не затрагивающие «бесценную Норну», не было никакого. Поэтому важное решение я принял самостоятельно. Без предварительных совещаний.

А чего?

Как говорит матушка: я вырос сознательным Мамонтенком, пора уже мне самому рулить. Да и главным в семье я по-прежнему считаюсь, хоть и негласно.

Поэтому я постановил: хватит тянуть.

Вроде мать уже даже свадьбу плотно взялась планировать? Бабушки довольные шушукаются, а у меня ни черта не готово…

Ну и погнал с утра за кольцами.

Ясно, что своих к матери пристроил. Ну, то есть предупредил Нонну Аркадьевну и Клару Андреевну, что придут к ним Любушка с Сеней, как с домашними делами закончат.

А сам помчался в один приличный магаз, где присмотрел кое-что подходящее. Моей малышке колечко нужно изящное и тоненькое, как она сама. С бриллиантом, ясен день. Помолвочное, как и положено. Ну а обручалки возьму солидные, чтобы, значит, издалека видать было: «Занято!».

Нам обоим не повредит, да.

Вечером устрою своей красавице романтик да буду уже наглядно демонстрировать намерения. Тем более, один из документов, который прислал мне недавно родич бабушки Адель, ни много ни мало — процедура упрощенного усыновления.

Ибо некуда больше тянуть.

Пора уже Арсению стать Кирилловичем, чтобы эта тварь хитромудрая, Парланд, руки свои кривые не тянул, зараза.

Да и вторая новость такая, важная.

Я-то сам по вопросу Зарецких давно определился, но маму надо в известность поставить, так как на предложение Михаила Борисовича и Андрюхиного отца Нонна Аркадьевна может и не согласиться.

А я очень даже «за». Так как задолбал уже за эти годы непочтенный мой биологический родитель хуже горькой редьки. И слишком мягко да мало в прошлый раз он отхватил за все свои экзерсисы.

Надо наказать, тем более такой шанс.

И вот, улетел я на крыльях любви по срочным и приятным делам, а потом началось нечто странное.

Мне вдруг написала мать: «Кир, сейчас, кто бы ни звонил, трубку не бери, пожалуйста. И сам нам никому не звони. Все объясню, когда вернешься. У нас порядок. Пьем с Любой чай, Сеня и Клара играют».