Онлайн книга «(НЕ)Бывшие. Богом данные»
|
А чего они? Первым делом позвонила персональному куратору в Администрации города и светским тоном поинтересовалась: — Я так понимаю, это правда: в нашем государстве, действительно, правая рука не знает о том, что делает левая? — Нонна Аркадьевна, при всем уважении, я, честно говоря, не силен в ваших аллегориях. Человек я простой, пожалуйста, скажите уж прямо, — хмыкнули в трубке. Ага, очень простой. Два высших образования, супруга из Волконских, и карьера такая, что завидуют даже те, кто не знает подробностей. Остальные, как видят, так зубами скрипят. От восторга. Ну, раз уж я готова свалить оттуда на фиг, то чего мелочиться? Выскажемся от души: — А с какого такого перепуга в бизнес моего мужа внезапно влезает то Роспотребнадзор, который был недавно плановой с инспекцией и нашел все более чем в хорошем состоянии, то районная УФНС, получающая регулярно отчисления по полной программе? Это как бы намёк мне, что, собственно, город больше в моих услугах не нуждается? Как вы говорите? Я тоже достаточно простая «девушка из глубинки», можно было мне прямо об этом сказать. Некоторое замешательство на том конце моста связи, а потом весьма эмоциональное: — Нонна, ни в коем случае. Нигде ни намёка. Город не просто доволен, он счастлив, а сотрудничество до сих пор считал максимально взаимовыгодным. Будьте добры, сбросьте мне на почту или сообщением подробности несанкционированных визитов. И даю слово, что мы оперативно разберёмся. Хорошо бы, конечно, но мутно все равно. Или это уже гормоны? Несколько часов было тихо и спокойно. Так как я сделала, что просили, то оставалось лишь ожидать. Но не просто же так? Любимый муж, придвинув диван поближе к моей кровати, активно демонстрировал, что он счастлив, заинтересован, обожает и вообще — лишь я имею для него значение. И вкусностей принес, и массаж сделал, и в «Морской бой» со мной сыграл. Был молодец. А потом в палату принесли огромную корзину роз. Как было написано на карточке: «С благодарностью от восхищенной Администрации». Ну, цветы красивые, внимание приятно, но то, что Андрей ревнует было заметно сразу и очень сильно. Поэтому срочно поманила любимого к себе поближе, укусила за ухо и спросила: — Азаров, ты меня не услышал, да? Я кому рассказывала о своих чувствах? Для чего все это душевное и сердечное полоскание было? Тебе наплевать? Ты мне не веришь? О, муж взбодрился, принялся целовать и уверять: — Только тебе и верю, Нон. Прости, прости. Не могу спокойно смотреть на всех этих упакованных мужиков вокруг тебя… Ну, поцелуи слегка снизили его напряжение и настороженность, но пришлось, вздохнув, напомнить: — Я люблю тебя. Ты — мой единственный, драгоценный муж. Андрей принялся наглаживать меня везде, где доставал, горячо выдыхать в ухо и шею, целовать. А потом уточнил: — И врач ничего не запрещал? Сейчас? Не опасно для малыша? — и глазами так мерцает, что все ясно сразу: кто-то желает взыскать с заработавшейся жены супружеский долг. И вероятно, с процентами. Было бы кстати, наверно. Но не успела я заняться поисками ответов у лечащего врача, как позвонил мне куратор. Сам. — Нонна Аркадьевна, включаю вам «громкую связь», чтобы в курсе были. Шуршание и потрескивание, а потом издалека доносится его же недовольное: |