Книга Туман. Непокорная для бандита, страница 3 – Лина Мак

Вот теперь она замирает. Не дёргается, не отбивается и смотрит чётко в дуло ствола.

Мы молчим. Оба тяжело дышим, но никто не решается заговорить первым. Но зато её глаза говорят столько, что я даже не сразу соображаю, откуда в обычной, пускай охренительно красивой бабе, может быть столько осознания и понимания происходящего.

— Мобилу, — произношу низко и стискиваю зубы сильнее, так как адреналин хоть и не отпустил, но боль в плече начинает пульсировать, а кровь, что льётся довольно сильно, неприятно холодит кожу и уже капает на кровать.

Она сжимает губы плотнее, но от этого они не становятся меньше, а вот глаза становятся как две щели. И самое паршивое, что она сжимает мой мобильный ещё крепче.

Ставлю колено на кровать, продавливая своим немалым весом, и приближаю ствол, упирая его в лоб.

— Не люблю повторять дважды, — скалюсь и замечаю, как одна жирная капля крови капает ей на щеку.

Она вздрагивает, но вместо того, чтобы отдать мой мобильный, она со всей силы швыряет его в стену, и тот разлетается на несколько частей.

Вот дрянь! Нажать бы на курок, да, мать вашу, это же будет пиздец! И тогда не узнать, кто послал и зачем.

Губы сами расплываются в оскале, когда я понимаю, что она не будет сдаваться. Вижу по взгляду чёрных глаз, которые обрамлены шикарными — и нужно отметить, настоящими — ресницами, что она сейчас уже просчитала кучу вариантов, как грохнуть меня.

Туман, тебе всего-то и нужно — нажать на курок. В этом же никогда не было проблемы.

Но с бабами я войну не веду. Пугаю — да. Убиваю — нахер. Хотя эта, похоже, не из тех, кто испугается.

Но всё же...

— Я так понимаю, ты решила проверить, что быстрее: твои ручки или моя пуля? — спрашиваю тихо и радуюсь тому, как она вздрагивает.

Она уже готова открыть рот, как в дверь моего номера — на минуточку, в закрытом крыле, куда есть доступ только у меня, Севера и начальника охраны, который проводит сюда только одну-единственную горничную, — никто не может постучать.

— Кто? — громко спрашиваю я, вдавливая ствол в красивую мордашку этой суки, замечая, как она кривится от боли.

— Уборка номера, — раздаётся с той стороны низкий мужской голос, а я скалюсь, как перед прыжком с самого высокого водопада.

Но вот же незадача. Моя «горничная» не радуется. Она бледнеет, а её взгляд с решительного становится затравленным. И что-то мне подсказывает, что меня она только проверяла на прочность, а вот того, кто пришёл «убраться» уже проверила.

Как интересно!

2.

— Помощник или бежишь от кого-то, красавица? — спрашиваю я, но ствол предусмотрительно не убираю.

Она же молчит. И если бы не сиськи, которые выделяются под простой тканью платья, и кружевные трусики, что отлично дополняют образ тех самых злополучных туфель, я бы подумал, что передо мной сейчас кто-то из спецуры.

Таких учат молчать, даже когда ты уже сломан полностью.

Но сидеть и ждать, когда второй войдёт в мой же, сука, номер, так же, как только что вошла эта ведьма, нет ни сил, ни желания. Да ещё и злость поднимается новой волной, так как плечо начинает гореть от боли.

— Красавица, у тебя была возможность открыть свой прелестный ротик, — скалюсь и замахиваюсь рукояткой ствола.

— Не... — только и успевает она пискнуть, как её отключает.

Не уверен, что надолго, но мне хватит. Что-то подсказывает мне, что с той стороны уже даже глушак накрутили на ствол. А он там есть.