Книга Портал к тебе, страница 55 – Александра Никишаева

Я сделала глоток кофе и поморщилась.

— Боже, какой же он дерьмовый, — прошептала я, глядя на коричневую жижу в дешёвом бумажном стаканчике. Вкус был точно таким же, как десять лет спустя. Горький, пережжённый, с отчётливым, едким привкусом дешёвого заменителя. Я посмотрела на стакан с искренним, почти профессиональным недоумением. — На чём вообще эта кофейня прожила эти десять лет?

Паника, которая душила меня всё утро, наконец начала отступать, сменяясь чем-то холодным, острым и предельно ясным. Решимостью.

Я взяла со стола несколько салфеток и достала из сумки ручку. Мои руки больше не дрожали. Теперь они двигались с точностью отточенного механизма.

Я начала писать.

Сначала это были просто обрывки формул, всплывающие из глубин памяти. Затем — детальные наброски наших разработок. Я выписывала одно изобретение за другим, одно за другим, словно составляла список трофеев, которые собираюсь забрать: эфирный накопитель с двойным контуром, систему подавления резонанса, стабилизатор, портальный ключ с динамической подстройкой...

Я чувствовала, как внутри меня просыпается что-то, чего не было там, в той жизни. Это была не надежда — надежда слишком слаба.

Это был голод.

Каждая линия, проведённая по дешёвой бумаге салфетки, была ударом ножа по будущему Дэмиана. Каждым штрихом я стирала его имя из истории, которую он ещё даже не начинал писать.

Теперь всё будет иначе. Каждая идея. Каждый патент. Каждый чертёж. Всё будет принадлежать только мне.

Больше никто не станет моим «голосом». Не позволю превратить свой мозг в фабрику чужой славы. Не позволю никому — ни Дэмиану, ни кому-либо ещё — убедить меня в том, что моё имя является слишком маленькой ценой за любовь или безопасность.

Я больше не буду тенью. Я не стану тем удобным инструментом, который можно использовать, а затем выбросить, когда он станет слишком дорогим или опасным.

Я стану единственным автором собственной жизни. И на этот раз я напишу финал, в котором никто, кроме меня, не будет улыбаться.

Я начала подсчитывать необходимые материалы. Редкие металлы. Эфирные кристаллы. Специализированное оборудование, которое в эти годы стоило целое состояние.

Суммы в голове росли, становясь всё более пугающими.

— Так, — я прикусила губу, прикидывая остатки своих сбережений. — Мне нужны деньги. Много денег.

Я вспомнила о банковской ячейке. Там лежала небольшая сумма, которую я откладывала с академических подработок ещё до того, как Дэмиан убедил меня, что «все наши деньги — общие». Мой маленький секретный фонд, моя единственная страховка, о которой он никогда не знал.

Я попыталась вспомнить пароль.

Пустота.

Я замерла, глядя в одну точку. Пароль был простым. Почти детским. Это было имя моего первого хомяка, которого я с таким трепетом купила на птичьем рынке в двенадцать лет.

Но за десять лет жизни в аду, за десять лет методичного стирания собственной личности, я... я просто забыла, как его звали.

Я закрыла глаза, сжимая виски пальцами, пытаясь выудить это короткое слово из глубин памяти. Но там не было ничего. Только плотная, серая стена. Только вспышки: золотые буквы «ОТЕЦ ТЕЛЕПОРТАЦИИ» на главной станции, холодная, торжествующая улыбка Камиллы, приглушённый смех за дверью кабинета. Я видела свою собственную руку, дрожащую над чужими чертежами, которые когда-то принадлежали мне.