Книга Портал к тебе, страница 40 – Александра Никишаева

Рейнар просто задал ему вопрос. Он ничего не разрушал, не пытался оскорбить или унизить. Он просто задал один конкретный, технический вопрос. И Дэмиан не смог на него ответить.

— Ты разрушила мой имидж своим длинным языком! — прошипел он, и его лицо исказилось от ярости. Он резко отпустил мой локоть, словно обжёгся. — Перед человеком, который может уничтожить половину наших контрактов одним решением!

Я посмотрела на него, и в голове внезапно всплыла одна простая мысль: а почему ему так важно, что думает Рейнар Ван-Голд? Но спросить я не успела. Дэмиан уже отвернулся, возвращаясь к своей роли идеального хозяина вечера.

Я осталась стоять в центре сияющего зала, окружённая сотнями людей, и вдруг почувствовала себя совершенно одинокой.

Я посмотрела туда, где исчез Рейнар. Он даже не обернулся. Но именно его холодный, внимательный взгляд не выходил у меня из головы.

Он единственный за долгое время, кто увидел меня. Не «помощницу», не «жену гения», не «приложение к изобретению». Меня.

И самое странное было в том, что я не знала, хорошо это или плохо. Но этот взгляд — оценивающий, лишённый всякой жалости и прикрас — почему-то казался самым честным, что я чувствовала за все годы своего брака.

Время перестало быть для меня чем-то, что можно измерить. Оно растворилось в чертежах, расчётах и бесконечных, изнуряющих запусках.

Десять лет.

Иногда мне казалось, что я помню их не годами, а отдельными, резкими вспышками.

Первый кадр.

Огромный терминал в центре Этерваля. Тысячи людей впервые проходят через портал, который ещё несколько лет назад считался технически невозможным. Кто-то смеётся от восторга, кто-то плачет, кто-то лихорадочно снимает происходящее на эфирную камеру, стараясь запечатлеть мгновение истории. Люди счастливы. Теперь увидеться с близкими или доставить срочное сообщение легче лёгкого.

А на трибуне стоит Дэмиан.

Его голос, усиленный магией, разносится над площадью, и толпа в едином порыве скандирует его имя. Он принимает этот экстаз как нечто само собой разумеющееся, впитывая каждое слово восхищения.

Я смотрю на всё это из-за кулис, в тени массивных опорных конструкций, прижимая к груди планшет с расчётами.

Моими расчётами.

Второй кадр.

Первая международная сеть.

Порталы начинают соединять города, затем — целые страны. Торговые маршруты, работающие столетиями, меняются за считанные месяцы. Старые железнодорожные линии, когда-то бывшие венцом инженерной мысли, стремительно теряют значение, превращаясь в ржавые памятники прошлому. Возникают новые профессии, открываются рынки, переписываются законы.

Мир перестраивается, сгибается и подстраивается под технологию, которую я когда-то, в тишине библиотечных залов, рисовала на полях своих учебных конспектов.

Третий кадр.

Моё лицо в зеркале.

Я становлюсь старше, но это старение не имеет ничего общего с естественным ходом времени. Кожа бледнеет, превращаясь в пергамент, под глазами залегают глубокие тени, которые не скрыть никаким косметическим средством. Волосы пришлось обрезать коротко, чтобы они не лезли в глаза и не мешали работе. Помню, как орал Дэмиан, когда увидел результат, — для него это было актом вандализма над его собственностью.

Дорогие, роскошные платья висят в шкафу почти нетронутыми, собирая пыль, становясь рассадником моли.