Книга Портал к тебе, страница 37 – Александра Никишаева

Я улыбнулась в ответ, прислонившись к нему. Но почему-то, когда мы вышли из зала и шум приёма остался позади, я всё ещё помнила взгляд Рейнара. Он ничего не сказал, не пытался меня переубедить или задеть. И всё же у меня осталось странное, тревожное ощущение, будто он заметил в моей жизни что-то такое, чего я сама в упор не видела.

После того вечера я всё чаще находила причины остаться в лаборатории. Оказалось, что в окружении эфирных разрядов и чертежей мне дышится легче, чем в залах, где каждый взгляд был оценкой, а каждое слово — частью игры. Я начала просить Камиллу подменить меня на приёмах, где моё присутствие было формальностью.

— О, Элис, ты даже не представляешь, как нам там было весело! — говорила она, заходя в мою мастерскую.

Камилла стала его идеальным дополнением. Она сопровождала Дэмиана на всех раутах, умело поддерживая беседу и создавая вокруг них ореол недосягаемого совершенства. Она была тем, кем я никогда не смогла бы стать: лёгкой, сияющей, безупречной.

Иногда она возвращалась ко мне, принося с собой запах дорогих духов и новости из того мира, в который я больше не имела доступа.

— О, Элис, ты бы видела, как они смотрели на него сегодня! — восторженно рассказывала она, по-хозяйски усаживаясь в моём старом кресле. — Весь зал буквально дышал им. Ты должна гордиться тем, что ты часть этого величия.

Я смотрела на неё, на её сияющее лицо, и чувствовала, как внутри меня медленно растёт странное, холодное чувство.

Я действительно была частью этого величия. Но я была его тенью. Призраком. Невидимым двигателем, который заставляет машину ехать, пока водитель принимает поздравления. Я была тем самым секретным ингредиентом, без которого всё их «совершенство» рассыпалось бы в прах, но о котором никто не должен был знать.

Имя Рейнара Ван-Голда начало просачиваться в мою жизнь постепенно, как яд, который капля за каплей вливают в чистую воду. Идеальная физическая диффузия.

Сначала это были короткие, почти незаметные заметки в деловых хрониках Этерваля. Затем — тревожные, сухие отчёты финансового отдела «Скотт-Технолоджис». Его «Серебряные цеха» не просто росли. Это была экспансия.

Ван-Голд поглощал мелкие предприятия, скупал магические мануфактуры, заключал жёсткие договоры с железнодорожными компаниями и методично, слой за слоем, выстраивал вокруг себя промышленную империю.

Дэмиан поначалу лишь отмахивался от новостей, называя Ван-Голда «пережитком индустриальной эпохи», который слишком полагается на грубую силу металла. Но когда «Серебряные цеха» начали демпинговать цены на перевозку грузов, используя колоссальную сеть железных дорог в сочетании с новыми логистическими узлами, стало ясно: это была уже не просто конкуренция.

Это была осада.

Ван-Голд не пытался переплюнуть нас в пафосе или внешнем блеске. Он бил масштабом. Пока мы продавали миру «революцию», «эстетику перемещения» и статус, он предлагал то, что гораздо труднее победить красивыми словами: надёжность, дешевизну и охват. Он создавал инфраструктуру, в которую наши порталы должны были встроиться, если вообще хотели выжить.

— Он опасен, Дэмиан, — сказала я однажды за завтраком, глядя на график падения наших акций в секторе грузоперевозок. — Он не просто скупает компании. Он перестраивает всю логистику страны. Если он найдёт способ связать свои дороги с портальной сетью...