Книга Портал к тебе, страница 136 – Александра Никишаева

Я медленно подняла глаза.

— Ты приехал за мной? — мой голос прозвучал совсем тихо, почти надломленно.

Он смотрел на меня несколько долгих секунд, и в этом взгляде смешалось всё: облегчение, ярость и что-то такое, чему у меня всё ещё не было названия.

— Ты не отвечала на сообщения, — наконец произнес он, возвращаясь к своему привычному, сдержанному тону.

Пауза затянулась.

— Я решил проверить.

Я знала, что это неправда. Он не просто «решил проверить». Он приехал, потому что беспокоился до дрожи в пальцах. Потому что знал, где я, и эта уверенность была его единственным якорем. Потому что он больше не мог притворяться, будто моя безопасность — лишь пункт в рабочем контракте или инвестиция в эффективность. У меня задрожали губы. Я почувствовала, как внутри что-то окончательно надломилось, сбрасывая последние остатки моей выверенной брони. Рейнар нахмурился, в его глазах вспыхнула тревога.

— Элис...

И в этот момент я просто перестала думать. Логика, расчеты, страхи — всё исчезло. Я вцепилась в его воротник, сминая дорогую ткань, и с силой потянула его к себе, сокращая последние миллиметры между нами. Он замер. Всего на мгновение. Я почувствовала, как его дыхание сбилось, как он на секунду перестал дышать, будто тоже не поверил, что эта стена, которую я строила годами, наконец-то рухнула. А затем его рука легла мне на затылок, пальцы крепко, почти властно прижали меня к себе, стирая любую дистанцию. Наш первый поцелуй не был красивым. В нем не было изящества, не было музыки или приглушенного света свечей. Не было идеально подобранных слов. Был только холодный, пронизывающий предрассветный воздух, горький привкус крови на губах и мои пальцы, вцепившиеся в его пальто так, словно это была единственная нить, удерживающая меня на поверхности, не давая окончательно утонуть в сером тумане Этерваля. Он целовал меня с какой-то отчаянной, почти болезненной жадностью, словно всё это время он тоже ждал разрешения. Словно в этом поцелуе он пытался забрать всю мою боль, весь мой страх и заменить их собой. Это был не просто поцелуй — это был захват, признание, клятва. И я впервые в жизни не боялась того, что будет после. Я просто закрыла глаза, отдаваясь этому чувству, позволяя его теплу вытеснить из меня лед подавителя и ужас переулка.

Когда мы наконец отстранились, я всё ещё продолжала держать его за воротник, боясь, что если я отпущу, мир снова станет холодным и пустым. Рейнар смотрел на меня молча. В его взгляде больше не было ни маски промышленника, ни ярости. Только бесконечная, обжигающая нежность. Он медленно, почти благоговейно, провёл большим пальцем по моей щеке, стирая каплю дождя.

— Ты меня чуть не убила, — сказал он тихо, и его голос всё еще немного вибрировал от пережитого напряжения.

Я нахмурилась, всё ещё чувствуя вкус крови и его дыхания на своих губах.

— Это я тебя чуть не убила?

— Да, — он едва заметно усмехнулся, и в уголках его глаз на мгновение мелькнуло что-то похожее на облегчение. — Потому что я только что понял, что действительно мог тебя потерять.

Улыбка исчезла так же быстро, как и появилась. Взгляд снова стал тяжелым, почти осязаемым.

— И я больше никогда не хочу чувствовать это снова.

Я ничего не ответила. Не потому, что не знала, что сказать, или не находила слов. Просто впервые в жизни мне не нужно было заполнять тишину оправданиями или шутками. Я медленно прислонилась своим лбом к его лбу. Закрыла глаза. И просто осталась. Не отступила назад, не закрылась в своем коконе из недоверия, не спряталась за ироничной маской. Я просто была здесь. С ним. Где-то позади нас, в серой дымке тумана, один из нападавших тяжело застонал, пытаясь пошевелиться. Рейнар медленно поднял голову. И в то же мгновение всё тепло, вся та обжигающая нежность, что была между нами, мгновенно испарились из его лица. Он снова стал тем самым Ван-Голдом, который одним словом мог обрушить рынки или уничтожить карьеры.