Книга Я спасла злодея, но его отец сошел с ума от ревности, страница 34 – Элайра Вэлморн

Его пальцы на моем затылке слегка сжались, и он чуть сильнее прижал меня к себе. Мое сердце бешено заколотилось в груди. В животе свернулся тугой, горячий комок. Я смотрела на его твердые, четко очерченные губы, находящиеся в жалком дюйме от моих, и вдруг поняла с пугающей ясностью: я хочу, чтобы он преодолел этот дюйм.

Воздух в экипаже заискрился от невыносимого, густого напряжения. Мы балансировали на самом краю пропасти. Одно движение, один вздох — и мы бы сорвались.

Сиху медленно открыл глаза. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержавшись на приоткрытых, дрожащих губах. В его глазах вспыхнул огонь, голодный и собственнический. Он шумно сглотнул, и я увидела, как дернулся кадык на его сильной шее.

— Великий Лорд! — голос командира стражи, прозвучавший снаружи, разрушил чары. — Угроза устранена! Экипаж поврежден, но мы можем продолжать путь!

Сиху вздрогнул, словно очнувшись от глубокого транса. Наваждение спало.

Мужчина медленно, с видимым усилием воли оторвался от меня. Его руки неохотно покинули мои плечи, оставляя после себя ощущение невыносимой пустоты и холода.

— Я распоряжусь, чтобы привели запасного коня для экипажа, — его голос снова стал ровным и сухим, но легкая хрипотца все равно выдавала бурю, бушевавшую внутри.

Он поднялся и вышел из возок, не оглядываясь.

А я осталась сидеть на шкурах, прижимая дрожащие пальцы к своим губам. Я смотрела на пустую дверцу, в которую залетал холодный ветер, и понимала одну страшную вещь.

Я изменила судьбу До-Юна, спасая его от тьмы. Но я совершенно не представляла, как спасти саму себя от Джин Сихуа. Ледяной Лорд только что посмотрел на меня не как на матриарха клана и не как на политическую фигуру.

Он посмотрел на меня как на женщину, которую он желает больше жизни.

И самое страшное заключалось в том, что я ответила ему тем же взглядом.

Остаток пути до храма Белого Тигра и обратная дорога слились для меня в единую, смазанную картину, сотканную из тревоги и обжигающих воспоминаний.

После засады в ущелье Ветров Сиху больше не садился в мой экипаж. Мужчина ехал верхом, возглавляя отряд. Сквозь разбитое окно, наскоро затянутое плотной тканью, я слышала лишь мерный стук копыт его вороного коня и резкие команды, которые он отдавал страже. Но даже сквозь эту преграду я, казалось, продолжала чувствовать жар его тела и тяжесть того невозможного, темного взгляда, которым он одарил меня в тесном пространстве возка.

В храме Белого Тигра, укрытом среди заснеженных вершин, я провела несколько часов. Пока монахи воспевали сутры, очищая пространство от злых духов, я стояла на коленях перед алтарем, вдыхая густой, терпкий дым благовоний, и молилась. Я не просила богатства или долголетия. Я просила лишь одного: дать мне сил защитить До-Юна от его собственной тьмы и уберечь мое сердце от Стального меча Севера. Потому что после того, что произошло в экипаже, я поняла — мое сердце находится в куда большей опасности, чем моя жизнь.

Когда тяжелые кованые ворота поместья клана Джин наконец открылись перед нами, на Север уже опустились сумерки.

Возок остановился во внутреннем дворе. Дверцу открыл один из гвардейцев. Сиху спешился чуть поодаль, передавая поводья конюху. Лорд бросил в мою сторону короткий, непроницаемый взгляд и, сухо кивнув, направился в сторону Восточного крыла. Он не произнес ни единого слова. Словно той близости, от которой искрило в воздухе, никогда не было.