Книга Мой итальянец!, страница 44 – Яна Шелдон

Длилось это всего несколько секунд, но показалось вечностью. Потом Паоло словно очнулся. Его дыхание все еще было рваным, но в глазах помимо ярости появилось что-то еще: отвращение к ней и к самому себе. С силой, от которой у нее перехватило дух, он оттолкнул ее от себя, будто обжегшись.

— Твою мать!.. — выругался он хрипло, с ненавистью глядя на нее. — Я хочу тебя. До сих пор. Черт возьми, я хочу тебя, даже видя, какая ты... — он сглотнул, сжимая кулаки. — Но ты мне противна. Больше никогда.. Я не могу смотреть на тебя..

Она пошатнулась, едва удержавшись на ногах, губы были красными, распухшими, дыхание перехвачено.

Паоло резко развернулся и зашагал прочь, не оглядываясь. Его фигура быстро растворилась в ночной темноте, оставив ее одну у стены клуба, растерянную, с дрожью в теле и с огненным стыдом за то предательское возбуждение, которое он в ней разжег, и которое теперь медленно угасало, сменяясь леденящим ужасом и осознанием полной потери.

Женя так стояла одна, у стены клуба, с лицом, мокрым от слез. Она судорожно достала телефон, пытаясь дозвониться до Марго.

Недоступна.

Потом до Паоло.

Абонент недоступен.

Они исчезли. Оба.

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ! ВИЗУАЛ: сцена ЖЕНЯ и ПАОЛО возле клуба.

Женя не помнила, как добралась до дома. Как прошла мимо удивленной матери прямо в свою комнату. Дверь захлопнулась, и она рухнула на кровать, уткнувшись в подушку, чтобы заглушить рыдания.

Все ее мечты, все ее счастье, которое было таким хрупким и таким реальным всего несколько дней назад, рухнуло в одно мгновение.

Он не поверил мне.

Он не простит.

Женя даже не успела понять, как стала пешкой в этой жестокой игре. Телефон молчал. В комнате было тихо и пусто. Единственное, что она чувствовала это всепоглощающее, дикое отчаяние и ледяное одиночество. След от его пальцев на руке пылал, как метка предательства, которого она не совершала.

Темнота в салоне иномарки была почти осязаемой, нарушаемая лишь тусклым свечением приборной панели. Они сидели вдвоем в машине Марго и молчали. Паоло, обхватив голову руками, его пальцы впивались в волосы и Марго, сочувственно поглядывающая на него.

Воздух был пропитан запахом ее дорогих духов. Паоло откинулся на кожаном подголовнике, его глаза были закрыты, в голове повторялся один и тот же кадр, как заевшая пленка: Женин профиль, склоненный к другому мужчине, поцелуй. И затем вспышка безумного гнева, затмившая разум. Он до сих пор чувствовал на костяшках боль и липкое ощущение от удара. И каждый стук сердца отдавался в висках тяжелым, болезненным молотком.

Марго сидела неподвижно, наблюдая за ним не прямо, а краем глаза, через отражение в боковом стекле. Ее собственная душа пела. Это был не просто успех, это была настоящая, безупречная победа. План был гениален в своей простоте, но реальность превзошла все ожидания. Она не просто показала Паоло, что Женя «шляется» по клубам. Судьба, казалось, стала ее союзницей, подкинув того жалкого, ничтожного Колю, который своим нелепым поцелуем смог перечеркнул все их отношения. Она чуть не рассмеялась вслух от восхищения собственным везением.

— Боже мой...— вырвался у Паоло хриплый, надломленный стон, — Я не могу... не могу в это поверить. Он тихо выругался.

Паоло повернул к ней лицо, и в тусклом свете она увидела в его глазах не только ярость, но и настоящую, неподдельную боль. И это зрелище было для Марго слаще меда.