Книга Целительница после развода с драконом, страница 19 – Аликс Гифт

Толли трепет лошадь по холке, и она тут же флегматично начинает переставлять ноги. И разворачивает телегу назад, на снежный путь.

Удаляясь от мужчины, некоторое время чувствую затылком его пристальный взгляд.

А когда решаюсь оглянуться, никого на границе уже нет.

На полуденное солнце набегает тень, будто небольшое облако. Смотрю вверх и вижу, как в вышине взмахивает крыльями настоящий дракон. Солнце слепит, поэтому так и не удается рассмотреть, какого он цвета.

* * *

Полозья телеги легко скользят по укатанной дороге. Неживая кобылка методично переставляет копыта. Толли велит ей ускориться, и она, как робот, ровно бежит дальше.

Внутри меня зреет тревога. Догадался тот мужчина или нет? И если догадался, почему не подал виду.

Огромная крылатая тень делает круг и начинает удаляться.

Толли прослеживает за моим испуганным взглядом и пожимает плечами.

— Драконы хорошие, — внезапно произносит он. — Братья говорят, если бы не драконы, то темные твари давно бы поработили нас. Или сожрали.

Дракон скрывается за высокими кронами деревьев, которые закрывают горизонт.

— Ты про ту войну, которая была лет двенадцать назад? — уточняю у него и тихо добавляю, вспомнив родителей

— Не только драконы, маги тоже сыграли большую роль.

— Почему была? — удивляется мальчик. — Она до сих пор идёт. Твари же иногда прорываются. Это просто тут на севере поспокойнее.

О войне он говорит беззаботно, как будто это в порядке вещей. Обычная тема для беседы. Он рос внутри этих новостей.

Смотрю на него.

— Толли, а тебе сколько лет? — решаю уточнить.

— Уже целых четырнадцать, — гордо произносит он, но тема про драконов и войну ему явно интереснее. — Твоя страна наверное далеко и не затронута, поэтому ты не знаешь? Самый сильные прорывы тут, у нас. Но драконы тварей хрясь, хрясь! И те опять пропадают. Тпрру! Куда ж ты понеслась-то!

Лошадь чуть не пролетает мимо нужной деревни.

Транспорт из нее удобный, конечно. И очень экономичный. Но надо бы раздобыть нового коня, а эту дохлую «улику» отпустить куда-нибудь в лес.

— Нам туда, — Толли поворачивает на одну из немногочисленных улочек.

Низкие деревенские дома глядят на нас подслеповатыми окнами, с крыш тянутся вниз сосульки. Отъехали всего ничего, а такой весны, как на границе, здесь ещё почему-то нет.

Пока мы никого не встретили, торопливо зачерпываю из резерва немного магии. Огрубляю черты, добавляю сетку морщин и пигментацию коже. Ссутуливаю спину, натягиваю глубже темный платок.

Толли привык к таким моим перевоплощениям. Но относится к ним без удивления, будто так и надо. По-моему, он считает, что я просто боюсь людей.

Неожиданно лошадь замирает, как вкопанная.

— Вот здесь живёт плотник, — Толли показывает на высокий забор перед самым добротным в деревне домом.

— Распряги лошадку, — негромко говорю мальчишке. — И вели ей пойти погулять в перелесок на окраине. Пусть побудет там, пока мы не закончим. Надо, чтобы местные не учуяли запах, а то она совсем испортилась от тепла на границе. И хорошо бы раздобыть новую лошадь. Живую.

— Ладно, — послушно кивает Толли. — Сейчас, дотянет поближе к воротам, чтобы потом меньше тащить телегу.

Он ловко спрыгивает, стягивает сбрую, треплет лошади холку, как живой. И что-то шепчет в начавшее облезать ухо.