Книга Делай свой ход, королева, страница 117 – Анна Рейнс

Сознание Эйдена заполнилось такой яростью, равной которой он не испытывал. Ему хотелось их уничтожить. Раздавить, словно тараканов. Темное всепоглощающее чувство завладело им, заставляя в тот же миг ринуться в атаку.

Девочка повернула к нему лицо, и этого мгновения оказалось достаточно, чтобы он ее узнал. Глаза не такие темные, да и в целом черты более мягкие, детские. Однако это, несомненно, была уменьшенная копия его пленницы. И дабы не дать в его душе прорасти и капли сомнений, из ее тела вдруг вырвалась темная волна, заставившая одного из мужчин упасть на землю.

Миг — и второй сгибается от удара между ног. Его голова отлетает, встретившись с мечом Эйдена. Почти сразу фигура Ассии скрылась между деревьев, оставив принца завершить начатое. Лишь когда оба тела оказались на земле в луже собственной крови, что быстро впитывалась в мягкий мох, он наконец-то успокоился.

Включилась рациональная его половина. От тел нужно избавиться, но сначала — проследить, чтобы наследница арронда добралась домой в безопасности. Он последовал за Ассией на расстоянии, испытав облегчение, лишь когда на опушке ей попался поисковый отряд.

Он смотрел им вслед, пока яркие точки факелов не поглотил мрак. Еще одна строчка пророчества обрела смысл: тьма вложила себя в его руки, стала оружием.

И все, что ему сейчас необходимо — сделать так, чтобы это оружие верно слушалось его руки.

Эйден вернулся в убежище спустя несколько дней, твердо решив придерживаться выбранной стратегии. Только вот незадача: он жаждал контроля, но как же стремительно сам его терял.

Темное нечто ворочалось внутри, наполняя неправильными желаниями. Ведьминский взгляд резал острее ножа, но Эйден никак не мог перестать ловить его. Ядовитые слова проникали в кровь, но ему хотелось больше отравы. Ему вдруг стало мало всего.

Закованная в цепи, подчиненная клятвой, Ассия не принадлежала ему. Он мог протянуть руку, коснуться нежной кожи. Мог причинить боль, подарить удовольствие. Мог приказать ей все что угодно.

Но это все не имело значения, потому что этого. Было. Недостаточно.

Это осознание сводило с ума, выжигало разум. Эйден держался за собственные убеждения, словно за соломинку в бушующем океане.

Она — ведьма, враг, лишь инструмент в его руках. Она — плачущая девочка в лесу. Она — женщина, пробуждающая невозможные желания. Темное благо, что спасет всех, а его погубит.

Мысли закручивались в одну точку, приводя к моменту, которого он больше всего боялся и предвкушал. Его руки на бледной коже. Стонущее под ним тело. Ее взгляд, полный страсти, презрения, ненависти. Искусанные губы, которые ему не дозволено целовать. Ядовитые слова, которые вызывают волну странной, бессильной ярости.

На пару ночей сгодишься, младший принц.

Эйден должен был чувствовать удовлетворение, но все, что он ощущал — падение в ненасытную бездну. Она не принадлежала ему ни секунды: ни когда он жадно пробовал ее на вкус, ни когда входил в податливое тело.

А затем она исчезла. На долгие восемь лет.

Точнее, та ее версия, которую ему еще предстояло сотворить.

* * *

Иногда Эйдену казалось, что все произошедшее — какой-то дурной сон. Жизнь текла своим чередом: все так же светило солнце, все так же зеленела трава. Все так же братья считали его потерянным для Аэлорского престола.