Книга Сердце дракона. Путешествие, страница 116 – Амабиле Джусти

Поэтому несмотря на холодный пот и страх перед тем, что может с ней случиться, она решила использовать эту встречу в свою пользу.

— Я покинула замок. Воспользовалась моментом, когда Патронус отвлёкся. — Она назвала его так, словно у него не было имени, словно между ними не было доверия. Он был Патронусом, Лордом Драккеном, он был её похитителем. Он не был Аргоном, и, прежде всего, он не был тем мужчиной, которого она любила и которому отдала бы всё, если бы он любил её. Всё. Даже то, что ему давала незнакомая женщина в библиотеке. — Было ужасно. Я бежала изо всех сил, а потом заблудилась и не знала, куда идти. Это было по-настоящему страшно, сэр. — Сразу после этих слов Гея разрыдалась.

Это не было притворством. Словно боль, которую она чувствовала, решила

прорвать плотину, превратившись в реку искренних слёз. Она плакала, потому что любила Аргона, но, казалось, плакала, потому что ненавидела его. И Гея плакала, потому что больше никогда его не увидит, или, если увидит, им придётся вести себя как чужие.

«Мы чужие друг другу».

К счастью, развитая интуиция Коперника не зашла так далеко, чтобы читать её мысли.

— Я ещё не знаю вашего имени, госпожа. Не могли бы вы оказать мне честь и раскрыть его?

— Меня зовут Гея.

— Nomen omen (с лат: Имя — это предзнаменование) — прошептал Коперник. — Вы поступили правильно, леди Гея. Вы умнее, чем я думал. Вам пришлось использовать свои силы на благо его имения?

— Да. — До этого момента она не произнесла ни единой лжи.

— Будем считать это лёгким грехом, — заявил Коперник холодным резким голосом. Таким должен быть его настоящий голос, а не флейтоподобный тембр, который мужчина использовал, притворяясь безобидным джентльменом. Затем он снова проверил её: — Хотите пойти со мной, леди Гея?

Она знала. Любое колебание, даже долю секунды, или задержка дыхания в неуверенности, насторожили бы его.

Но Гея была готова, она знала, что делать, и ответила с ясной быстротой.

— Ох, да, пожалуйста. Увезите меня. Уведите меня куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Чем меньше я буду видеть этого отвратительного типа, тем лучше.

— Хорошо. Нам придётся немного пройтись. Если бы я приблизился с грифоном, драконы почувствовали бы и подняли тревогу, как это случилось прошлой ночью благодаря некоторым моим довольно небрежным подчинённым. Мой грифон остался позади, на некотором расстоянии, против ветра. Но вам холодно, Леди Гея. Вы дрожите. Пожалуйста, наденьте мой плащ.

В темноте она услышала шорох ткани, а затем тёплая накидка опустилась ей на плечи. Было неприятно это признавать, но ей пошло на пользу. Поэтому даже её благодарность за этот жест звучала искренне.

Они зашагали в темноте. Вокруг не было видно ничего, кроме размытых очертаний скудной растительности. Этот однообразный пейзаж скорее сбивал с толку, чем указывал путь, но Коперник, очевидно, точно знал, куда идти.

Во время этой долгой прогулки Гея заставила себя не думать о том, что он мог бы с ней сделать. Она не должна была дрожать, не должна была показывать страха или подозрения. Она должна была притвориться, что считает его спасителем, а не чудовищем.

Чуть меньше чем через час ходьбы они достигли цели.

На поляне показался силуэт грифона. Было странно думать, насколько он мал по сравнению с драконом, а ведь грифон вовсе не был маленьким. Если бы Гея никогда не видела Магнуса, она бы подумала, что он огромен. Он слегка встряхнул крыльями, потоптал землю задними лапами, но не издал ни звука.