Книга Весна, которой нам не хватит, страница 79 – Ефимия Летова

Нет, глупости. До такого простого хода обычные полицейские сразу бы додумались. Незачем привлекать скверного для расследования банальной бытовой драмы.

— Так что за человек интересовался домом? – напомнил Эймери.

— Мужчина... лет пятидесяти на вид, худощавый, темноволосый такой. Нервный. Поинтересовался, правда ли, что мальёка Симптака нет в живых. Точнее, он спросил так панибратски, по-свойски, мол, правда ли, что Редж окочурился. Ну, и чей теперь дом. Я сказала, что понятия не имею, что я только прислуга, пришла покормить кошку, и он ушёл. Это всё.

— Но вас он почему-то напугал?

Малья поджала губы. Кажется, наши расспросы её утомили.

— Этот тип сказал, что он муж его сестры. Но я прекрасно помню мужа сестры Реджеса, он выглядел иначе!

— А если она вышла замуж вторично?

— Возможно, но… та малье была такая утончённая особа, такая обеспеченная и благородная, тогда как этот маль выглядел... опустившимся. Не её уровня. Понимаете меня?

Мы кивнули.

— Вроде бы у мальёка Реджеса было две сестры… - задумчиво проговорил Эймери. - В любом случае, спасибо за информацию. Что теперь будет с бедняжкой Ксютой?

— Я бы хотела взять её, но мои родственники... Всё, что я пока могу, это изредка приезжать и кормить её. Несколько дней назад я устроилась работать горничной во Флоттервиле, поэтому только в свой следующий свободный день…

— Я заберу кошку, – неожиданно сказал Эймери. – Правда, в июне я уезжаю из страны. Но если расследование завершится до этого времени, если завещание на ваше имя действительно существует, и дом станет вашим...

— Вы думаете, это возможно? Больше всего хотела бы жить в своём собственном доме, а не с матерью, которая постоянно меня тюкает, - женщина всхлипнула, сложила руки на груди и умоляюще посмотрела на нас по очереди. - Я... я любила Реджа, мальёк. А он... В Колледже было много красивых и образованных молодых девушек, преподавательницы, Редж со смехом рассказывал даже о какой-то служанке, которая им увлеклась... А есть ведь ещё и родня. Вряд ли мне достанется этот дом.

Мне стало жаль малью Самптию, и в то же время я ощутила какую-то лютую тоску. В состоянии этой тоске я понаблюдала, как малья и Эймери вдвоём отыскали какой-то ящик, принесли со второго этажа безропотную трёхцветную Ксюту и устроили её в этом временном домике.

— Я увидела, что доска с входной двери пропала, подумала, может, законный владелец объявился, ну и зашла замолвить за Ксюту словечко. Потом решила, что полиция... Обещаю, что заберу кошку сразу, как смогу! Где вы живёте, мальёк...

— Мальёк Флотарис.

Эймери продиктовал адрес, и мы втроём вышли на улицу. Малья Самптия натянула перчатки, погладила ящик с кошкой и вдруг, словно решившись, посмотрела на Эймери.

— Его имя... того мужчины… Сайтр. Маль Сайтр Агравис. Может быть, это чем-то поможет.

Эймери резко сжал мою руку, хотя голос его оставался невозмутимо-ровным:

— Вот как? Спасибо, малья Самптия. Да, вы очень, очень нам помогли.

Лично мне это имя ничего не сказало. Мы с Эймери медленно пошли по пустой улочке вдоль проезжей дороги, обратный экипаж заказан, разумеется, не был.

— Давай зайдём к мальёку Рабраю. Уже поздно, но, может быть…

Эймери меня не слушал. Перехватил ящик с кошкой поудобнее.

— Хортенс, забудь о Карэйне. Дело сейчас не в этом.