Книга Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца, страница 106 – Марко Мальвальди

Джакомо Тротти отложил перо. Так оно и произойдет. Король Карл направится к Неаполю, а союз между Миланом, Феррарой, Венецией и Флоренцией защитит остальную часть полуострова, если только какие-нибудь еще потрясения вновь не изменят расстановку сил. Таким образом, король Карл растратит все свои силы на завоевание неаполитанского королевства Арагонской династии, а Милан и Феррара останутся нетронутыми – первый под властью Лодовико Моро, а вторая, его родина, в крепких и умелых руках его бесспорного господина, Эрколе, герцога Феррарского,

на чью благосклонность я всегда уповаю.

Милан, 30 октября 1493 года, Ваш покорный слуга Джакомо Тротти

Мой сиятельнейший господин,

шлю свои приветствия Вам и Вашему Наихристианнейшему Величеству.

Наконец, несмотря на различные происшествия, герцог Лодовико дал согласие на заем в тридцать тысяч дукатов, которые нам нужны, чтобы начать войну. Синьор Бельджойозо получил точные указания, как следить, чтобы эти средства были использованы с умом.

Недавно в Милане произошел ужасный случай, а именно убийство человека в замке Джовия, и виновным был признан отец Диодат из Сиены, которого я Вам представил в прошлом году вместе с Его Высокопреосвященством кардиналом Джулиано делла Ровере. Говорят, что он возглавлял шайку, которая подделывала аккредитивы, и что количество фальшивых денег, которые могли бы появиться из-за этого, могло бы поставить под угрозу сам банк. В народе говорят, что мессер Леонардо якобы играл роль в расследовании этого дела и разрешил его.

В настоящий момент получение герцогского титула для Лодовико – дело близкое. Герцог Джан Галеаццо пребывает в крайне плохом здоровье, и со многих сторон уже говорят о его скорой кончине.

Ваш покорнейший слуга, Перрон де Баш

В Лионе было уже начало ноября и стоял сырой холод. У письменного стола, единственной отрады в этой комнате, потрескивал огонь.

Герцог Орлеанский сложил письмо, сложил еще раз и бросил в огонь.

Затем, усевшись в кресло, он вздохнул.

Возможность была, но она пропала.

Он хорошо помнил того иезуата. Его представил ему Джулиано делла Ровере в прошлом году, и они долго разговаривали. Они говорили о том, как Моро держит город в своих руках с помощью чужих денег, и о том, насколько его правление непочтительно к христианским ценностям.

Именно тогда герцог Орлеанский сказал, что если Банк Медичи рухнет, в городе будет большое потрясение. «А как можно обанкротить банк?» – спросил иезуат, смеясь. – «Достаточно было бы убедить всех клиентов забрать свои деньги в один и тот же день», – ответил герцог, тоже смеясь.

Но смеяться было не над чем.

Тот тип попытался воплотить эту идею на самом деле.

Герцог Орлеанский начал размышлять о том, что могло бы случиться.

Банк рухнул, его кредиты стали невзыскиваемыми, монеты иссякли. Кризис. Как во Флоренции сто пятьдесят лет назад, когда флорентийские банкиры оказались в подобной же ситуации. И они обанкротились, увлекая город за собой в бездонную пучину.

Во Флоренции Барди заменили на Медичи. В Милане народ, измученный налогами и озлобленный кризисом, призывает единственного возможного претендента на трон.

А именно его, герцога Орлеанского.

Который оказался неподалеку, в авангарде экспедиции Карла VIII – экспедиции, которая должна была выступить, как только пришли бы вести о кризисе, в то время как Лодовико должен был бы находиться вне города, во главе кортежа, везущего новобрачную невесту к императору.