Книга Лучше не верить, страница 74 – Виктория Шмелева

— Это святой мученик Никита, побивающий беса.

Лиля так и сяк старалась разглядеть святого. Но изображение то ли стерлось, то ли его выполнили весьма схематично. Пожалуй, четко были обрисованы лишь голова с бородой, занесенная вверх для удара правая рука и складки одежды. Бес отсутствовал вовсе. Или его роль тут играло непонятное овальное нечто, похожее на облако, вытянутое по вертикали?

— Потертостей слишком много, чтобы четко увидеть рисунок резьбы. – Федор медленно помотал головой и сжал пальцами виски, а потом продолжил: – Но история этого креста примечательна тем, что монахи позднего Средневековья использовали его, в частности, для ритуалов экзорцизма. С его помощью лечили не только бесноватых, но и эпилептиков и других подобных больных. Тому есть довольно много документальных свидетельств. В одной книге этот крест упоминается в связи с успешным уничтожением вампира.

— Что, серьезно? Прямо-таки успешным? – Лиля недоверчиво подняла бровь. – Это же просто сказки, нет?

— Прекрасно понимаю, как это звучит для современного человека. – Федор развел руками. – Но даже местный батюшка слышал от прадеда-священника, что к этому кресту существовал специальный список. Определенный текст или даже тексты – молитвы или заклинания, которые надлежало произносить во время обряда в строгом порядке. Иначе обряд не сработает и победить беса не удастся. Считалось, что крест и список вместе обладают поистине огромной силой. А еще в книгах упоминается, что крест самостоятельно распознает нечистую силу и указывает на нее владельцу.

— Охотники за привидениями наверняка отвалили бы миллионы за такую штуку. – Лиля зашла с другой стороны витрины. – И где же список? Тоже где-то здесь, в музее?

— Нет, увы. Список, к сожалению, утрачен, – голос Федора теперь звучал глуше, будто издалека. – Но должен вам признаться, что вещь эта и вправду какая-то магическая. Мне каждый раз не по себе в этом зале. А если подойду ближе, то начинает болеть голова, накатывают слабость, дурнота, возникает звон в ушах, колени подгибаются. Словом, весь пенсионерский набор для визита к районному терапевту. Но стоит отойти подальше, как все чудесным образом прекращается. Хотите – верьте, хотите – нет…

— Ничего себе у вас тут экспонаты! – Лиля обошла витрину кругом и вернулась к директору. – А остальные сотрудники мучатся так же, как вы?

— По счастью, нет, – слабо улыбнулся Федор. – У остальных все в порядке. Иначе некому было бы работать с экспозицией. Либо у моих коллег восприимчивость меньше, либо у меня бесов чуть больше, чем в среднем. Хотя… Вроде бы Арсений тоже этот зал не жалует, но у него могут быть на то свои причины.

Лиля хмыкнула. Однако потом ей внезапно стало жаль Федора. Такой весь фактурный, кандидат наук, автор статей и монографий, а сидит в этом заштатном музее и еще здоровье подрывает из-за мутных артефактов. Бред!

— Может, вывести этих бесов и дело с концом?

— Да я бы с удовольствием, – вздохнул директор. – Но, как мы знаем, без списка это невозможно. Так что стараюсь с моими бесами дружить.

* * *

Когда вышли на крыльцо, Лиля заметила под липами знакомый красный смарт. В салоне было пусто.

Федор помялся, а потом неожиданно предложил:

— Хотите, покажу вам озеро? Вернее, это пруд, выкопанный еще при жизни первого владельца усадьбы. Но мы его очистили, привели в порядок берег. Что скажете? Арсений, судя по всему, пока занят, и мы можем прогуляться.