Книга Лучше не верить, страница 73 – Виктория Шмелева

— А какие у вас намерения? – спросила Лиля невинным голоском.

— Самые добропорядочные. Черт, простите, хотел пошутить, а вышло глупо, – произнес Федор с досадой.

— Отчего же? Я вообще-то шутки понима-аю, – манерно протянула Лиля. – И оценила ваш юмор.

Вот, пусть теперь думает, что она имела в виду. Не все же ей одной тут мучиться.

— Э-э… Давайте я лучше покажу вам экспозицию в других залах, – спохватился Федор. – Сюда, пожалуйста.

Залами соседние комнаты можно было назвать с натяжкой: все же они оказались маловаты, и кое-где экспонаты теснились так, что не повернуться. Предметы быта, одежда, расшитые скатерти и полотенца, носатые парчовые туфли, лапти, старинные книги, музыкальные инструменты, изделия местных умельцев – какие-то туески и блюда. В глазах уже рябило, а еще заныла поясница: все-таки Лиля давно на ногах, а присесть в залах музея почему-то негде.

Федор распинался не умолкая, сыпал цитатами из книг, ссылался на экспертов, подробно рассказывал об экспонатах. То ли хотел сгладить неловкость, то ли в самом деле старался помочь гостье и предоставить как можно больше информации.

Когда дошли до последнего зала, Лиля почему-то застряла в центре, возле тускловато освещенной витрины. Ее внимание привлек старинный крест величиной с ладонь. Вокруг были какие-то плесневелые монеты, пуговицы с облупившимся жемчугом и прочая пестрота – странно, что Лиля вообще этот крест заметила. Но было в нем что-то необычное. Горчичного цвета и довольно большой – сантиметров десять в длину. В центре силуэт – скорее всего, изображение какого-то святого. На вид крест немного шершавый. Лиле вдруг захотелось взять вещицу в руки.

Она нашла глазами табличку. «Параманный крест. XV–XVI вв. Кость, резьба, сверление, шлифовка, гравировка. Место и дата раскопок: г. Суздаль, ул. Лебедева, 1937 г.» Дальше мелким шрифтом что-то про автора раскопок и описание самой находки.

— Параманный? Что это значит? – Лиля обернулась на Федора.

Тот стоял поодаль, в нескольких шагах, будто художник, отошедший от картины, чтобы оценить свежие мазки. Директор тоже смотрел на витрину, но поза его выглядела скованной, взгляд – напряженным. Только что был само красноречие, а сейчас его будто напугали. Вдруг Лиля его чем-то обидела?

— Параманный крест – часть облачения монаха. – Федор переминался с ноги на ногу, но ближе не подходил. – Обычно у таких крестов снизу и сверху вертикальной оси есть так называемые ушки или петли. У этого сохранилось лишь верхнее ушко. Второе, как видите, отбито.

В самом деле, внизу виднелся скол, похожий на обломанный клык.

— Какой он зубастый! – хмыкнула Лиля. – Острый, наверное… И вон еще зубчики на каждой лопасти выпилены. Ой, простите, я вас перебила…

— Так вот. – Федор сделал шаг в сторону, будто ему не терпелось уйти из этого зала. – Параман – прямоугольный плат, на котором изображен Голгофский крест. Этот кусок ткани соединялся за ушки-петли, собственно, с параманным крестом, который носили под одеждой. Такое вот хитрое приспособление. Параман напоминает о кресте, взятом на себя монахом, который пожелал следовать за Христом. Чаще всего на подобных крестах изображали распятие. Но наш крест – исключение. Видите надпись сверху?

— «НИКИ», – прочитала Лиля. – Что это значит?