Книга Лучше не верить, страница 65 – Виктория Шмелева

Лиля дошла до перекрестка, постояла, потом повернула назад и вдруг заметила вильнувшую вбок тропинку. Посмотрим, куда выведет. Психологи рекомендуют каждый день пробовать неизвестное – развивать новые нейронные связи. А Лиля, хотя и живет в Несвитове уже довольно давно, пока ориентируется неважно. Тропинка тянулась под березами вдоль забора, за которым виднелись пышные кроны совхозных яблонь. Может, и вправду позвонить Арсению, попросить о консультации? Но надо как-то исподволь: навязываться не хотелось.

Забор и тропинка внезапно кончились, и Лиля оказалась возле симпатичного двухэтажного домика. Свежий ремонт и новые стеклопакеты, но не новодел: сразу чувствуется основательность, какая обычно присуща старым домам. Лиля обошла домик справа и оказалась напротив красивого крыльца, выложенного темной плиткой. На стене блестела табличка: «ООО “Арлес”. Ювелирные украшения и антиквариат». А чуть ниже еще одна: «Культурно-историческое молодежное объединение “Родник”». Лиля хмыкнула. На ловца и зверь. На заднем дворе тесно припаркованы автомобили – в основном дорогие, но затесалось и несколько моделей попроще, даже старенький голубой ижевский москвич.

Из открытых окон первого этажа доносилась бодрая музыка – кто-то играл на рояле. Потом раздались веселые возгласы, смех, аплодисменты, и музыка грянула снова, а ей нестройно вторили детские голоса. Лиля осторожно заглянула в ближнее окно. По стенам гирлянды надувных шаров, ленты, какие-то грамоты. На поставленных рядами стульях сидят взрослые, а напротив – сцена, на которой дети, размахивая флажками, поют под рояль. В углу комнаты, прямо возле сцены, Лиля заметила Арсения. Он был одет в легкую светлую рубашку и джинсы, и этот новый непринужденный образ понравился Лиле гораздо больше, чем серьезный костюмный. Рядом топтался какой-то малыш. Лесновский улыбнулся, подхватил ребенка и усадил себе на плечи. Тот обрадованно ухватился за волосы Арсения и, пока песня не кончилась, гордо оглядывал зал. Картинка премилая, и Лилю отчего-то кольнула ревность. Не к самому Лесновскому, хотя сияющее лицо делало его очень привлекательным, а к атмосфере, к этому кругу людей, которые что-то празднуют и радуются, пока Лиля бесцельно шатается по улицам. Однако взрослый солидный блогер не может попросту зайти к людям, которые вызвали симпатию, и предложить дружбу, как в детстве.

Наконец певцы покинули сцену и присоединились к родителям. Лиля отпрянула от окна и отступила к клумбе посреди двора, на которой пышно цвели гортензии. Ни к чему торчать возле крыльца, как собачонка. Надо, наверное, поскорее уйти, а потом – лучше через пару дней – позвонить Арсению и попросить помочь с сюжетом.

Тут дверь открылась, на крыльцо высыпали дети. За ними вышли несколько взрослых – странно молодые для деток-детсадовцев, но, несомненно, папы и мамы. Праздник, судя по всему, закончился, однако гости не торопились уходить – встали в кружок и принялись что-то горячо обсуждать.

— Арсений Вениаминович, я в управу. Вернусь к вечеру и все доделаю! Да точно, точно!

По ступенькам крыльца, цокая шпильками, спустилась высокая рыжеватая блондинка в розовом летнем костюме. Скользнула безразличным взглядом по Лиле, закинула на плечо крохотную сумочку, села в новенький красный смарт – единственный припаркованный у крыльца – и уехала. Неудивительно, что Лесновский напрочь забыл о московской полуродственнице, да и о покойной невесте, похоже, не сильно горюет. Он в своем объединении нарасхват, да и девиц вокруг полно.