Книга Метафора, страница 26 – Константин Образцов

Дело шло к увольнению без выслуги, но неожиданно появилась альтернатива: должность начальника отдела уголовного розыска в знаменитом Метасити. Мою кандидатуру утверждал лично Шеф: единственный раз я видел его во время нашего собеседования и спросил, знает ли он про мою ситуацию и не опасается ли репутационных издержек, принимая меня на работу. Он улыбнулся и ответил, что здесь это не имеет никакого значения. Я честно предупредил, что уволюсь, как только подойдет выслуга лет, и Шеф заверил, что это тоже не проблема. «Сколько вам осталось? Три года? Ну, их еще нужно прожить», — сказал он.

Так я оказался на Острове. Мой кристалл памяти бережно хранится в тайнике, тайник в цитадели, а цитадель укрыта за тройным кольцом стен, обнесенных рвом с крокодилами. Я редко обращаюсь к нему, и единственное, что меня связывает с ним, — это привычка проверять каждый вечер и утро, не исчез ли блок в мессенджерах.

Конец моей истории

— Ничего особенного, — ответил я. — Просто стечение личных и служебных обстоятельств.

— Я бы предположила какую-то драматическую историю любви, — сказала Алина, — и почти наверняка с девушкой, значительно тебя младше. Возможно, она манипулировала тобой, а потом бросила и разбила сердце, или ты пытался, но не смог ее спасти.

И снова этот странный взгляд, любопытный, чуть насмешливый и немного печальный.

— Неплохо для предположения, — ответил я.

— Просто фантазии, не обращай внимания. — Она небрежно махнула рукой. — Что же, какие у нас планы на завтра? Лично я собираюсь вернуться в Демидовку и закончить начатый разговор.

Я уже понял, что спорить тут бесполезно и Алина не успокоится, пока не доберется в Демидовке до того, до чего явно так хочет добраться. Однако без меня ей вряд ли бы это удалось, сколько ни размахивай она разводным ключом, поэтому я предложил компромисс:

— Согласен, но у меня есть встречное предложение: можешь устроить мне личную встречу с Шефом?

— Зачем тебе?

— Поделиться соображениями.

— Почему не хочешь сделать это через Чурилова?

— Это исключено в силу характера соображений.

Алина задумалась.

— Хорошо, — сказала она. — Днем поедем в Демидовку, а вечером, если ты все еще будешь уверен, что это необходимо, вместе отправимся к Шефу.

— Добро.

Мы еще раз чокнулись бокалами, допили и стали собираться. Я предложил Алине ее подвезти, но она отказалась, а потом прикоснулась пару раз к своим большим электронным часам на правой руке.

Я все же дождался, когда за ней приехал внедорожник с логотипом «Метафоры», уселся в свой «Чероки» и поехал домой.

Наступила ночь, и море окутало город туманом. Стало сыро и холодно, и в подъезде моей серой пятиэтажки недалеко от участка тоже было сыро, холодно и пахло котами, а в квартире к промозглому холоду одиночества примешивался запах лежалых вещей и пролитого алкоголя. Я упал на диван в своей служебной однушке, включил телевизор — по местному каналу показывали какое-то старое черно-белое кино, — налил еще виски, но не допил и одетым провалился в непроницаемый сон, похожий на глубокий нокаут, в который Алина отправила Свана.

Через два с половиной часа меня вырвал из цепенящего забытья телефонный звонок. Года четыре назад я легко переносил по несколько бессонных ночей подряд, мог не спать три дня, выехать на задержание, а потом еще писать рапорты и заполнять формуляры, но пустое безделье на Острове сказалось на моей форме, и когда я нашаривал на низком столике перед собой надрывающийся и вибрирующий телефон, то надеялся, что это мне просто снится.