Книга Метафора, страница 103 – Константин Образцов

— Но есть еще кое-кто! — не выдержал Кеша.

Алина посмотрела на него и чуть улыбнулась.

— Есть, — согласилась она, — но к судебно-медицинской экспертизе не относится.

Она вынула из папки прозрачный файл и положила на стол. Внутри находился изрядно помятый, с огромной дырой посередине листок бумаги, покрытый красными и розоватыми потеками.

— Это документ, который прибили гарпуном к груди Семенцова, — сказала Алина. — Пригодных ферментных средств не нашлось, но и раствор перекиси с кровью тоже неплохо справился.

Мы склонились над листком. Вверху можно было разглядеть шапку официального бланка и выведенную крупным неровным почерком адресацию «Главе Старгородского сельского поселения г. Семенцову И. И. от…» Дальше ни имя заявителя, ни суть обращения нельзя было разобрать, и только внизу, под выведенной тем же почерком датой краснело размашистое «ОТКАЗАТЬ», и подпись собственно самого Семенцова И. И.

— Похоже, не тому человеку Иван Ильич отказал, — заметил я. — Жаль, что неясно, в чем и кому.

— О да, — отозвалась Алина, — он навсегда сохранил это в своем сердце. А еще в легких, но, к сожалению, фрагменты бумаги, застрявшие там, слишком сильно повреждены и восстановлению не подлежат.

— Что будем делать? — спросила Ингрид.

Мы сделали задумчивые лица, и тут в кабинет стремительно вошел Леонидыч.

— Есть! — провозгласил он и положил мне на стол свой смартфон. — Есть записи с камер!

Все оживились.

— Неужели Чурилов расщедрился все-таки? — спросил я.

— Представь себе! — воскликнул Леонидыч. — Я и сам не рассчитывал. Вот наш злодей.

На экране возникло изображение входа в Дом быта, снятое сверху под небольшим углом. Высокий широкоплечий мужчина в длинном черном плаще до пят, держа в руках ружье, поднялся по ступеням из цокольного этажа, повернулся и посмотрел в камеру. У него было скуластое лицо, очень короткая стрижка и глаза, узкие и черные, будто щели.

— Не может быть! — выдохнула Алина.

Весь день она вела себя как скучающий турист на надоевшей экскурсии, но сейчас выглядела потрясенной, и я подумал, что загадка того, что может пронять даже такую снежную королеву, едва ли не интереснее, чем тайна нескольких зловещих убийств.

— Чудеса техники! — подмигнул Леонидыч. — А вы думали, мы тут совсем дремучие на своем Острове?

Меж тем человек на экране шагнул вперед и поднял ружье. Перед ним остановилась машина; фары засвечивали изображение белым. Из салона вышли невысокий пожилой человек и девушка; бесшумно полыхнул выстрел, и человек упал, неловко взмахнув руками. Его спутница присела на корточки, сжавшись и обхватив руками голову.

— Одно ружье! — вскрикнула Алина. — У него одно ружье!

— Да нет, это просто ракурс такой, — сказал Леонидыч. — Смотрите, вот второе.

Я мигнул и теперь действительно увидел второе ружье, висящее у мужчины за спиной. Он сел за руль, и машина выехала из кадра.

— А вот запись с камеры у входа в администрацию…

Тот же самый мужчина в долгополом черном плаще большими шагами пересек улицу, поднялся по ступеням крыльца, зыркнул в камеру, висевшую рядом с громкоговорителем, потянул дверь и вошел внутрь. Цифры таймера замелькали на ускоренной перемотке, и через сорок минут он вышел, снова перешел улицу и исчез.

— Не может быть, — повторила Алина. — Это ошибка какая-то. Свидетельница говорила про двух немолодых мужчин среднего роста, даже запомнила, что один из них с бородой, как это сочетается с тем, что мы видели?